– Скорее, Ваше величество, – подгонял Ахмед короля, карабкавшегося в салон геликоптера. Из-за панелей лобового стекла "Сикорского" наружу с тревогой смотрели летчики, ожидавшие появления мятежников, а по периметру заняли позиции, взяв оружие наизготовку, немногочисленные гвардейцы. – Торопитесь!
Король Абдалла нырнул в салон, роскошный, но не отличавшийся простором, а следом за ним забрался принц, так и не выпустивший из рук почти бесполезный пистолет. Тотчас турбины взвыли на повышенных тонах, и шасси взмывавшего в небо дюйм за дюймом вертолета оторвались от посадочной площадки.
– Ваше величество, – пилот, лицо которого было почти полностью скрыто зеркальными очками, обернулся к королю, готовый слушать только его приказы. – Ваше величество, куда лететь? Баки полны!
– Авиабаза Принц-Султан, – решил король, и в этот миг с земли к вертолету, понесшемуся над дворцовой площадью, протянулись нити пулеметных очередей.
Сотни снарядов и пуль пронзили воздух, едва только геликоптер появился в поле зрения стрелков боевых машин. В зенит взметнулись тонкие стволы автоматических пушек "Бушмастер", высунувшиеся из люков танкисты торопливо разворачивали крупнокалиберные "Браунинги", до боли в пальцах вдавливая гашетки, и стальное разноголосье заглушило все остальные звуки.
Вертолет дрогнул, словно наткнувшись на препятствие, и вдруг провалился на несколько метров вниз, так что у сидевших в салоне людей внутренности приблизились к глоткам. Что-то ударило по фюзеляжу, турбины взвыли непривычно высоко, а спустя мгновение канонада стихла – винтокрылая машина ушла из зоны поражения, но стрелки на земле все же сделали свое дело, уложившись в считанные десятки секунд.
– Поврежден правый двигатель, – бесстрастно сообщил первый пилот, вцепившись в рукоять штурвала. – Мы теряем топливо. Не дотянем до цели. Придется садиться где-то на окраине Эр-Рияда, Ваше величество!
– Это самоубийство! Мятежники нас схватят, – воскликнул Ахмед Аль Бекри. Пущенная, быть может, даже не прицельно, пуля, разом нарушила все планы, почти уже уничтожив надежду. – Нас убьют! Садиться нельзя!
– Теряем высоту, – уже почти кричал летчик, изо всех сил тянувший на себя штурвал. – Не могу удержать управление! Нас здорово зацепило!
– Летим в американское посольство, – вдруг приказал король Абдалла. – Свяжитесь с ними как-нибудь, сообщите, что мы направляемся туда.
Королевский вертолет, промчавшись над жилыми кварталами, развернулся, сильно накренившись на правый борт, и лег на новый курс. Пилоты, из последних сил сражавшиеся с вышедшей из-под контроля машиной, за которой в воздухе оставался шлейф струей хлеставшего из бака топлива, рычали сквозь зубы, взывая к Всевышнему и моля его хотя бы о нескольких минутах, которые им будет позволено продержаться в воздухе. Спасение было уже близко, и только наследник престола никак не находил в себе сил ослабить хватку на рукояти пистолета. Ладонь Ахмеда Аль Бекри, сжимавшая "Браунинг", уже затекла и вспотела, но лишь ощущение близости безотказного и мощного оружия позволяло надежде как-то теплиться в душе потерпевшего поражение принца.
Колонна внедорожников "Нисан", сопровождаемых парой армейских джипов, вылетела на дворцовую площадь на полной скорости, и тотчас в направлении автомобилей развернулись башни танков и бронемашин, и в лица водителям, буквально приросшим к баранкам, уставились десятки стволов всех возможных калибров. В какой-то миг Самир Аль Зейдин вдруг испугался, что разгоряченные сражением бойцы Двенадцатой танковой бригады, подчиняясь рефлексу, нажмут на гашетки, изрешетив джипы за пару секунд и превратив всех, кто находится в салонах, в отбивные, щедро фаршированные свинцом. И все же генерал Аль Шаури умел командовать и подбирать себе помощников – стволы орудий и пулеметов поднялись вверх, не угрожая явно незваным гостям, а к резко затормозившим автомобилям уже бегом мчался сам командующий, сопровождаемый группой вооруженных до зубов офицеров.
– Дворец почти в наших руках, мой принц, – воскликнул командующий бригадой, увидев неловок выбиравшегося из массивного "Нисана" принца Аль Джебри. Узнав о прибытии высоких лиц – ему об этом сообщили уже с авиабазы – генерал, покинув бой, поспешил навстречу, чтобы доложить об успехе. – Гвардейцы сопротивляются отчаянно, наши потери велики, но мои солдаты не остановятся. Мы схватим короля. Дворец окружен, бежать невозможно!
Генерал был возбужден, еще чувствуя близость смерти, множества смертей, витавших в этот день под сводами дворца. Он хрипло дышал, по лбу из-под сбитого на затылок берета стекали капли пота, а из царапин на левой щеке, оставленных выбитой пулями каменной крошкой, сочилась кровь. Мустафа Аль Шаур сегодня доказал, что он настоящий мужчина и воин, пройдя сквозь огонь вместе со своими бойцами, выжив там, где многие погибли.