На Петропавловском соборе устанавливают куранты, Петр лезет на верхотуру смотреть, как они там работают. Ему интересно, как ткут парусину для парусов, как варят смолу, как делают гравюры. Всюду он вмешивается, никому от него нет покоя. Он уверен, что только он, куда бы ни сунулся, сумеет поправить, улучшить, подсказать. Наставляет сенатора Мусина–Пушкина, как издать книжку сигналов для флота. Сделать ее маленькой, удобной, чтобы носить в кармане. Для верности прилагает чертеж, иначе напутают. Показывает, каким шрифтом печатать, заодно помогает разрабатывать новый ясный типографский шрифт. Заодно учреждает первую газету «Ведомости», заодно уж улучшим и азбуку… Велит наладить изготовление синего голландского кафеля для печей. Не может удержаться, присматривает, указывает, чтобы сценки на кафеле были не из голландской, а из русской жизни. Собрал барабанщиков, показал им, как бить походную дробь…
У него было оправдание — без поджогу дрова не горят. Было и другое — страна нуждалась в мастерах своего дела, прежде всего в ремесленниках. Ремесло — кормилец, ремесло — вотчина, ремеслу — почет. По приезде в Киев он первым делом отправился на Подол к ремесленникам — там провел несколько дней, посещая кузнецов, часовщиков, механиков, сапожников, стекольщиков, бумажников…
Что, к примеру, означал новый шрифт? Серьезную реформу. Прежняя кириллица была неудобна, сложна, как готический шрифт в немецком языке. Петр убрал надстрочные знаки, выбрал гражданский шрифт простой, понятный. Какое–то особое чутье помогало ему находить решения. Сам правил образцы букв, получилось красиво и настолько удачно, что мы до сих пор пользуемся той основой.
Так каждый раз он сталкивал огромное заржавелое тело России с вековечной орбиты.
Помогало Петру наличие образованных русских людей, отстоялся уже заметный слой тех, кого не отпугивала, а притягивала западная культура. Многие знатные дворяне имели неплохие библиотеки. У Дмитрия Голицына книжное собрание насчитывало около 3000 томов. Известны библиотеки Я. Брюса, Б. Шереметева, А. Матвеева. Богатейшая по тем временам библиотека была у князя Меншикова. У самого Петра библиотека копилась со времен отца, он пополнял ее прежде всего книгами по морскому делу, кораблестроению.
Все ладилось в его руках, поощряло его уверенность. Поэтому он с такой самонадеянностью учит, какой ширины холсты ткать, как мельницы ставить, какие гвозди употреблять для сапог. Мелкая эта опека отнимает у него самого драгоценное время.
