Пролив реку слез от счастья.
Почувствовав, как остывает горячий уголь в груди и становится свободнее дышать.
Вновь вспомнив, как здорово просто улыбаться и верить в самое хорошее и в судьбу, которая может быть благосклонной, потому что у мистера Таймера все получилось. Хозяин гаража не стал предъявлять официальных претензий, хозяин машины забрал из полиции заявление. Дело об угоне не было пущено в ход, а весь инцидент закрылся штрафом за превышение скорости. О дополнительных расходах отец не распространялся, но он убил все краски счастья дочери несколькими словами:
— Бриг Дартон много наврал, рассказывая о себе. Его родители не только живы, но и очень даже молоды.
Снова была бессонная ночь, когда Рони прокручивала в голове воспоминания многих разговоров, того, как Бриг отводил в сторону глаза, каким становилось его лицо, когда он не хотел говорить правду или что-то объяснять. Их короткая совместная история тонула в маленькой и большой лжи.
Хотя разве можно разделить обман на категории? И ведь дело не только во вранье. В их случае это было предательством доверия. Вернее, его полным отсутствием. Она, Рони, получалась Солнечной девочкой для хорошего настроения и приятного времяпровождения, но её не воспринимали всерьез, если не считали достойной правды.
Когда на следующий день Бриг пришел благодарить мистера Таймера за свое избавление от больших неприятностей и уголовного дела, в его руках было два роскошных букета цветов, на что отец Рони холодно бросил:
— Поберег бы свой скудный бюджет для выплаты штрафов. Это единственный раз, когда я помогаю тебе, Дартон. Надеюсь, что у тебя хватит совести оставить нас и нашу дочь в покое.
Рони стояла наверху лестницы, недалеко от двери в свою комнату, и слушала разговор. Каждое слово отзывалось болью в душе, малышка Таймер чувствовала унижение, которое испытывал Бриг, но собственная обида оказалась намного больше. Парень посмотрел на нее, и она увидела его немного растерянный взгляд, соскучившийся, тянувшийся за поддержкой, но безжалостно прокричала:
— Уходи, Бриг!
— Рони?
Он, конечно же, ничего не понимал.
— Уходи! Я не хочу тебя видеть! — крикнула она и захлопнула за собой дверь в комнату.
Случившееся на выходных было настолько неожиданным, что Бриг оказался совсем не готов к этому. Растерялся, как мальчишка, даже не почувствовав должной злости по отношению к виновнику всех бед. Кит подставил девчонок, самого себя, Романа. Но больше всего, конечно же, Брига.
Дарта по его вине завалило бесформенной кучей дерьма.
Он оказался за рулем угнанной машины, полиция копалась в гараже Романа и просто чудо, что в тот момент, когда нагрянули нежданные гости от закона, среди машин были только легально оформленные. Подобной нервотрепки Роман ему не простит. Это Бриг уговорил взять на подработку Кита, поручился за него. Оказалось, что у бедового Малыша долг перед Саймоном был в четыре нуля.
Нет, Бриг не испытывал злости к Киту. Этому щуплому пареньку настолько не везло, что, похоже, это становилось заразным. Впору было начинать держаться от него подальше и не вестись на лживые рассказы. Ведь Бриг с самого начала подозревал, что история с родственником не слишком неправдоподобна. Но вместо того, чтобы разобраться, он решил избежать неудобной правды. Слишком сильно хотелось попасть с Рони на море и провести в объятиях Солнечной девочки целый день под жарким летним солнцем, насладиться вместе с ней соленой прохладой моря, прокатиться на машине с музыкой и ветерком. Поиграть в игру, что он может предложить своей девушке развлечения её уровня жизни.
День действительно получился хороший, даже слишком! Настолько, что должен был закончиться чем-то плохим.
Но не настолько же…
Он, Бриг, старательно избегавший проблем с законом, пытавшийся оторваться от прошлого и Аэродрома, оказался главным подозреваемым в угоне машины с перспективой судебного разбирательства, крупного штрафа, и небольшого, но самого настоящего срока. Это был кошмарный сон, от которого Дартона спас отец Рони.
Роман вылил на Брига получасовое море сквернословия, пообещав дорого спросить с Воронёнка за нанесенный моральный ущерб и подставу с полицией, но заявление, конечно же, писать не собирался. Оставался только хозяин машины, к счастью, не пострадавшей, и с ним тоже смог договориться мистер Таймер, несомненно, заплатив денежную компенсацию за моральный ущерб.
Так что Дартон отделался бессонными ночами, испугом до грязных штанов и противным липким чувством стыда. Унижением. Потому что должен был благодарить того, кто презирал его с первого момента знакомства, того, кто являлся отцом его любимой девочки.
Любимой. В том, что это Любовь, Бриг больше не сомневался.
Та самая. Волшебная, всепоглощающая.
Навсегда.
Как у соседского пса. Для которого, когда его пьяный хозяин пропадал на несколько дней, вся жизнь превращалась в ожидание на автобусной остановке.
