Прошло полтора часа, как Эмма и Ро покинули мой дом, оставив после себя целую кучу вопросов. Зачем надо идти в «сходку», почему такая срочность? Это единственное, что меня так настораживает. Хорошенько подумав, я решила, что сидеть целый день дома в ожидании смерти глупо; лучше действовать, пока есть время. Я приняла душ, привела себя в более человеческий вид и принялась наряжаться. Распустив волосы, я надела на себя розовую кофточку и джинсовую юбку, а поверх, конечно же, клетчатое серое пальтишко. Хватаю мобильник, сумочку и выбегаю из дома на остановку, где можно поймать такси. Я полна решимости, меня не остановить. Эрик должен помочь мне уговорить своего отца насчёт сделки, как бы плохо ему не было. Это выгодная сделка для семьи Нансенов. Наверное, в данной ситуации я выгляжу, как эгоистка, но мне очень надоела эта холодная война между ребятами и этими подонками. На улице прохладно. Время уже почти пять часов, и небо прощается с апрельским солнцем. Сквозь толпу, я бегу к остановке, изредка толкая людей плечами. Те оборачиваются и провожают меня недовольным взглядом. Наконец остановка. Машин полно, но не такси. По какой-то причине образовалась пробка, и сигналы машин травят мою голову. Сигналы глухие, резкие, так и хочется закрыть уши и убежать. Черт подери, словно назло. Если я даже найду машину, все равно мне отсюда не выбраться. Я решаю пройти вниз по улице к другой остановке. Возможно, там пробки уже не будет. На удивление людей здесь стало ещё больше. Хотя это ожидаемого. Вечер пятницы богат смехом людей, неторопливыми прогулками с любимыми, богат музыкой и счастьем. Именно в пятницу Митсент-Сити оживает, становясь по-настоящему красивым. Если посмотреть в окно одного из ресторанчиков, то можно смело закрыть глаза и как в мультиках полететь на запах еды. Через окно видно, как люди счастливы, как им хорошо. Видно, как официанты обслуживают людей; открывают шампанское, подают меню. Да уж, я сто лет не была в ресторанах…
Вытряхиваю эти мысли из головы и иду дальше, включая сотовый. Ого, двадцать пропущенных от Эрика, пять от мамы, двенадцать от Роуз и шесть от ребят. Я чувствую себя нужной. Даже как-то стало тепло внутри. Только вот… звонят все-все, кроме отца. Знаю, уже совсем скоро его свадьба, но можно хотя бы один раз в неделю набрать мне и спросить «как дела»? Думает, купил мне шарф и любимые печенья, то все, свободен? Родители ведут себя хуже, чем дети, ей богу!
Я хочу перейти дорогу, как вдруг в шаге от меня резко останавливается чёрный «БМВ». Сердце ушло в пятки, а дух покинул меня. Адреналин зашкаливает, и я просто стою и не могу пошевелиться. Все смешалось. Чувство самосохранения требует уйти с дороги, убежать, но ноги отказываются подчиняться. В глазах на секунду потемнело и появились жёлтые круги. Наверное, это фары иномарки. Кто-то выходит из машины и хватает меня за кисть руки, быстро волоча за собой. От страха я онемела и ослепла. Не могу сопротивляться и нет никаких сил. Меня посадили в машину и захлопнули дверь. Я закрыла лицо ладонями и судорожно начала дышать. Это приступ паники. Господи, ну почему мой обычный день это борьба за жизнь?! Когда я начну просто наслаждаться своим существованием? Жизнь – круговорот боли, что с каждым днём становится больше и больше, пока человек не задохнётся. Сердце градом бьет в груди, потроша все тело, которое, кстати говоря, ненормально дрожит. Так, я должна успокоиться, я должна успокоиться. Все хорошо, меня ведь не сбили.? Вдох, выдох. Я убрала волосы назад и протерла холодное лицо, положив руки на колени. Дверь машины открывается и за руль садится молодой парень. Я поворачиваюсь к нему и в следующую секунду пытаюсь открыть дверь, чтобы сбежать. Парень запирает все выходы, загнав меня в тупик. Я снова начинаю отрывисто дышать, словно на моей голове полиэтиленовый пакет. Долблю об окно кулаками и зову на помощь, но люди проходят мимо, даже не взглянув в машину. Мне становится больно и обидно; возможно, меня сейчас убьют, а этим животинам плевать. Вот так бывает: тебе будет нужна помощь, но никто не отзовется на крик. От безысходности я вновь дёргаю за ручку двери, но никакого эффекта это дело не даёт. Черт, я готова зареветь, как маленький ребёнок на глазах у этого садиста. Мне плохо. Как же мне плохо и страшно. Прошу остановите это, остановите! Пелена слез обезобразила весь мир, и, если я сейчас моргну, то больше не смогу сдерживать весь этот груз внутри себя. Я просто хочу затопить весь мир своими слезами. Вот как мне плохо. Я просто смотрю вперёд и не двигаюсь, размышляя о плане «Б». Парень, что сидит рядом со мной надел на глаза солнечные очки и легко выдохнул.
– Успокоилась? – спрашивает Крис, повернув голову в мою сторону.
Я на грани. Пытаться быть сильной и не справиться – нормально, если в остальных случаях ты сдерживалась. Я поворачиваюсь к нему.
– Выпусти меня! – тихо прошу я, он отвернулся и завёл машину. – Выпусти меня! Выпусти меня! Выпусти!!! – крик получился таким мощным, что в конце я охрипла.
