Терпение рыжего иссякло. Он отвёл от меня взгляд, а затем бросил тарелку с едой на пол, от чего послышался глухой звук разбитого фарфора. Я зажмурила глаза. Этот парень неадекватен; Эрик говорил правду, но уже поздно об этом думать. Сейчас я с ними один на один, и это уже пугает. Неверный ответ – и Крис может убить; он как бомба замедленного действия, которую мне нужно отключить. Вопрос только один: какой провод резать, а какой нет? Внезапно я ощущаю ярость. Мне дико хочется вцепиться в шею парня и задушить его, а потом, наконец-то, сбежать. По вине таких психов, как он, я и оказалась здесь, да и вообще вмешалась в эту тёмную историю. Опять хочу заплакать, но нельзя… нельзя показывать свою слабость этому человеку. Людям нравится видеть чужие страдания. Но мне нет.
Спустя время, Крис достаёт из кармана чёрных джинс сигареты и берет одну из них в рот.
– Будешь? – рыжий парень протягивает мне пачку и смотрит на меня, подняв брови.
Мне становится мерзко.
– Я не курю.
После моих слов, Крис прячет пачку и зажигает свою сигарету во рту, выпуская неприятный дым прямо мне в лицо. Я начинаю кашлять и отмахиваться. Какой же он подонок!
– А вообще правильно, – делая затяжку, произносит парень, – курение убивает, а в жизни и так достаточно способов сдохнуть.
Отлично, теперь мне надо с ним болтать? Господи, да я просто хочу домой. Я грязная, потная, вся в крови и в собственных слезах. Мне очень страшно, мне очень больно. Почему эти люди издеваются надо мной? Вот-вот и я просто сойду с ума и сама начну просить о смерти.
– Где я? – игнорируя речь Криса, спрашиваю я, автоматически осматриваясь снова, будто за это время что-то изменилось. Рыжий снова делает затяжку, не спеша ответить на вопрос. А я уже чешусь от любопытства.
– Ты в боулинг клубе, а точнее в его подвале.
Значит, меня никуда не увозили. Правда от этого легче мне не стало.
– Где мой мобильник? Где Бен и Коди? Что вы хотите от меня?
Крис начал смеяться. От табачного дыма мои глаза принялись слезиться, и я начала их чесать.
– Моя очередь задавать вопросы, красотка, – в его интонации была слышна ирония, – что ты делала в этом районе?
В горле застрял воздух, и на секунду я забыла как дышать. Мои глаза смотрят прямо на него, и от вида Криса моя кожа покрывается мурашками. Разве может человек так пугать кого-то? Он пронзительно смотрит в мои голубые глаза и держит в руках сигарету. Я в полной растерянности. Надо было ожидать этого вопроса, но все же, ответ я ещё не выдумала.
– Я… я шла к репетитору, – первое, что пришло на ум.
Крис опустил голову вниз и тихо рассмеялся. Затем поднял, и я увидела злобную ухмылку.
– Ответ неверный, – сказал тот и прижег свою сигарету об мою ладонь. Я начала дико кричать. Это было так неожиданно, от того и в два раза больней. На глазах снова появились слезы, и я начинаю плакать. Крис убирает сигарету с моей ладони, и мои глаза видят, что на месте сигареты образовалась красная рана, похожая на раскалённый камень. Я прижала руку к груди, пытаясь заглушить адскую боль. Поднимаю взгляд на рыжего парня, что со спокойной душой смотрит на мою руку. Видимо для него это привычное дело, как позавтракать.
– Что ты творишь?! – кричу я, прикусив нижнюю губу, чтобы сдержать истерику.
Крис встаёт в полный рост и начинает кружиться вокруг меня, как стервятник над полумёртвой жертвой. Рана на ладони очень сильно щиплет, но я молчу, чтобы маньяк не думал, что мне больно. А мне больно, даже очень. Только в детстве я проливала на себя кипяток и не знала с чем сравнивать боль, так вот теперь есть с чем. От всего это у меня вдобавок разболелась голова.
– Рэйчел, Рэйчел, – Крис останавливается около моей спины и хватает своими грубыми руками мои плечи, поправляя каштановые волосы вперёд. Я вздрагиваю, – ты должна говорить правду. Или ты хочешь, чтобы все твоё соблазнительное тело покрылось мерзкими шрамами от ожогов? – он склоняется к моему уху. – Будь умницей, отвечай честно.
Черт возьми, только не плакать, только не плакать. Я сглатываю ком и судорожно выдыхаю.
– Л-ладно, – отвечаю я, зажмурив глаза и прикусив губы.
– Итак, что ты тут делала? – он массирует мои плечи.
Сказать правду или соврать? Я не должна подставлять Эрика и парней. Что делать? Думай, Рэйчел, думай.
– Я… я… шла на встречу!
– Встреча с кем?
– С подругой, я должна была передать ей письмо!
Крис со всей силой хватает мои плечи и начинает сжимать руки. Я чувствую острую боль; мне тяжело дышать.
– Я же просил говорить правду!
Мне было так больно, что я вскрикнула. Боже, это невыносимо. Меня словно выжимают, как мокрую тряпку. Наверное, я себя не прощу, но нет больше сил теперь эти издевательства.
Сквозь боль, я крикнула:
– Я следила за Беном и Коди!
Руки маньяка отпускают меня. Я слышу, как он довольно хмыкает. С глаз потекли слезы отчаяния. Голова перестала работать, и теперь я чувствую себя овощем. Пусть хоть расчленяют меня, мне все равно. Я сдалась.
– Вот видишь, всего-то сказать правду, – злорадствует Крис.
– Я сказала тебе правду, отпусти меня уже…
