Людям хочется домашнего и семейного уюта, а Он повелевает раздать имение. Мы хотим свободы и достоинства, а Он повелевает подставить другую щёку. Мы читаем умную книжку вечером дома, а у подъезда мёрзнет бездомный. Конечно, он сам виноват, что стал бездомным, но от вшей и глистов страдает именно он, а не мы, не я.
Так вот, Христос повелевает немедленно, под угрозой попадания в вечный ад, бросить умную книжку на самом интересном месте и бежать к клошару, вести его к себе в дом, чтобы он поделился с вами своими вшами, и лишаями, и туберкулезом, а потом, вполне возможно, ограбил бы вас и зарезал. Конечно, не хочется, чтобы зарезали. А почему? Да потому что в загробную жизнь и царствие небесное мы не верим! И в ад мы тоже не верим.
Но куда девать Христа? Он маячит перед нами, даже если мы ни в какую загробную участь не верим и желаем свободу и счастье сейчас, здесь, на земле.
Просто: Он разрушает все наши надежды Своими жестокими и неисполнимыми заповедями.
Так что сама видишь: не любовь, а ненависть к Нему естественны для естественного человека.
Вот поэтому мир всегда стремился, стремится и будет стремиться устроиться без Бога. В прежние времена это было не так заметно, потому что поверхностное, обрядовое христианство поддерживалось насилием светских и церковных властей. На словах каждый был обязан согласиться с тем, что Евангелие – истина, а заповеди святы. Но вот просвещение и общее смягчение нравов привели к тому, что принуждение отпало, и вчерашний христианин получил возможность избрать Христа свободно, по велению своего благородного и возвышенно-прекрасного сердца.
И что же мы видим?
А видим мы окончательное и бесповоротное изгнание Его отовсюду, и не потому Он должен отойти от нас, что мы «люди грешные», а именно потому, что видим мы себя добрыми и заслуживающими счастья.
А Он нам мешает.
Есть два верных способа изгнать Его из нашей жизни. Первый – самый простой и очевидный: отрицать Его. Наука же доказала, что никакого Бога нет. Есть просто законы природы, которые прекрасный, устремлённый в будущее человек открывает один за другим, и область непознанного перестаёт пугать мрачной тайной, которой боялись наши бедные предки до научно-технической революции. Нет ни ангелов, ни демонов, а есть только удивительная психика человека и есть психологи-гуманисты, готовые научить каждого жить в гармонии с собой и совершенствоваться до самой смерти. А придёт смерть, распадутся нейронные связи в мозгу, а потом и сами нейроны сгниют, тогда и психике нашей придёт конец – ни ада, ни рая и никакой ответственности. Ну разве это не прекрасно?
И разве осознание и принятие нашей полной смертности не есть необходимейшее условие нашего земного счастья?
Но этот путь – для многих.
Есть путь куда более захватывающий: приручить Бога!
Ручной Бог нас не обидит, Он же на нас никогда не прогневается. Можно приручать Бога коллективно: мы же такие правильные, самые благочестивые и верные, не то что эти…
Но опять-таки, коллективный способ приручить Бога – не самый сладкий.
Для избранных детей дьявола есть наисовершеннейший путь противления Богу: создать себе Бога по своему образу и подобию. О, как это сладко: взять себя, свои разум и совесть, взять всё, что мне дорого, и объявить, что всё это не от меня, а от Бога. О, такого Бога можно, и нужно, и нетрудно любить! И эта любовь уж точно взаимна!
Ведь вы любите в этом божестве – себя.
Поздно: бросьте поэтому все сказки про возможность любить Бога и не заплатить за это отречением ото всего, что вам так дорого. Но если на отречение сил нет, тогда вы лишитесь всего уже не по своей воле.
Я нашла тех, для кого Бог реален. Пусть Христос почитается здесь за пророка. Эти заблуждения однажды тоже развеются. При просвещённом правителе может быть необходим жестокий полководец.
Сейчас главное: мир с Богом или без Него.
Для этого верующие всех религий могут временно объединиться, и меня это устраивает.
Поэтому то, что вы не любите и оскорбляете нашего Бога, не удивительно: ведь вы не любите и оскорбляете и своего. Но ни одно преступление против нашего Бога не останется ненаказанным: уже здесь, на земле.
Мы так хотим умереть, как вы – жить.
Прости, что тебе пришлось стать свидетелем пламени воздаяния. Я не убивала человека – я спасала от зла тех малых, кого он и ему подобные ещё бы развратили: горе тому, через кого приходит соблазн, ни в одной вере не благословляется то, что они глумливо прославляют.
Все ложные идеи должны быть уничтожены.
Надеюсь, теперь ты стала хоть немного лучше понимать меня.
Люблю тебя, да хранит тебя Бог».
