В воскресенье спецвыпуск бесплатного городского еженедельника «Портфенетр», который появился в Париже этой зимой и в котором все статьи подписывались АА (анонимные аналитики), а девиз гласил «Птичка на хвостике принесла и сквознячком надуло: свои источники не раскрываем, всех и всё своими именами называем!», вышел с не очень подробной, но достаточной для привлечения внимания раскадровкой анимационного ролика танцующей у Башни стриптизёрши и крупно напечатанной на каждой полосе ссылкой на свой сайт в интернете, где можно посмотреть мульфильм.
Последняя обложка была свёрстана так, чтобы любой мог отодрать её и приклеить на стенку изображение парочки: дружески опершихся друг на друга светящихся в темноте Железную Даму и обнажённого юношу, голова к голове любующихся ночным небом с надписью из фейерверков над бесконечным городским пазлом из поблёскивающих крыш «ПАРИЖ: УМИРАТЬ ТОЛЬКО ОТ ЛЮБВИ» с подписью Бернара Висковски.
Первая обложка гласила: «КРАСОТКА И АКТ ТЕРРОРИЗМА! СМЕРТЬ ЗА МУЛЬТИК! ХУДОЖНИК УБИТ АДСКИМ ПЛАМЕНЕМ!», «ЗА ЧТО МСТИТ ОДИНОКАЯ ВОЛЧИЦА?» и «Любимец супермоделей в отставке и производителей салфеток Бернар ВИСКИ Висковски смертельно вляпался в политику!». Шрифты были напечатаны поверх чёрно-белых портретов убийцы и жертвы, в свободной от надписей части разместился стоп-кадр из залитой в интернет съёмки на мобильник полыхающего в темноте человека.
Когда Дада, паркуя арендованный велосипед, обратил внимание на мгновенно исчезающие стопки «Портфенетра», которые разносчики не выносили, а выбрасывали из окошка легковых машин и сразу улетучивались – похоже, секретная компания скрывающихся авторов и правда не желала быть обнаруженной, – он встал в недлинную очередь за быстро тающими выпусками и взял два, себе и Марин.
Дада расправил слегка помятый у него за пазухой куртки букет кирпично-оранжевых мелких хризантемок, которым предусмотрительно запасся накануне, и, поглядывая на витрины, оранжевые из-за тыкв, ожидающих Дня всех святых, пропустил костюмированного господина преклонных лет на историческом велосипеде – участника проходящего в городе велофестиваля – и перешёл улицу.
– Господи! Да это же тогда всё меняет! – взревела Марин, судорожно заглядывая внутрь больших неудобных разворотов еженедельника и одновременно пытаясь тут же искать сайт «Портфенетра». Но Сеть уже была полна и ролика, и новостных выпусков, и первых «экспертов», пытавшихся обсуждать версии, что могло вынудить коммерчески успешного, процветавшего, верного красивой, а не политической жизни, гетеросексуального графика внезапно принять самое живейшее, пардон за неудачное определение, участие в напряженном обсуждении случившейся в Париже истории с казнью гея и в итоге поплатиться за это собственной жизнью?
Может ли быть такое, что сам бонвиван и донжуан на самом деле был геем? Или, хе-хе, стал им?
Сцены из мультфильма со зловещей стриптизершей сменялись отчаянным лицом прекрасной убийцы с распущенными волосами, похожим на гневное лицо Медузы горгоны, затем появлялись какие-то невразумительные дамы, которым было нечего сказать, но ведущие шоу обвивались вокруг них, как змеи, и выжимали и бе, и мэ, и вроде бы каждая из приглашённых, с которой когда-то переспал не страдавший сексуальным снобизмом «наш герой», как его именовали телепошляки, под этим давлением если не подтверждали, то и не опровергали любые версии и толкования, как вообще Бернар Висковски мог спуститься с высокого уровня и качества жизни на криминальное дно гейских разборок.
– Мы пытаемся связаться с двумя бывшими жёнами погибшего, с каждой из которых у Бернара Висковски осталось по двое детей, но пока ни одна, ни вторая не отвечают. Оставайтесь с нами, – интимно призвал холёный ведущий в розовом галстуке.
– Так, ну вот он. – Дада кликнул по значку расширения картинки, и изображение небрежно, одним точным движением нарисованной Эйфелевой башни заняло враспор весь экран монитора. Из-за правого края ступила на секунду выглянувшая из-под широкой полы нога в платформах
Дада заржал.
– Что? – нервно спросила Марин, не отрывая глаз от экрана. – Ничего смешного не вижу!
– Ну просто каждый француз сразу поймёт, что автор очень любил танец ББ в «И Бог создал женщину»: и музычка, и движения!
– Да? – озадаченно взглянула на него Марин.
К моменту, когда танцовщица начала завлекательно снимать с себя одеяния, к ним присоединилась мадам Виго.
– Это что вы смотрите?
– Это причина, почему убили того человека, в парке позавчера…
– Вот как?
После ужасных событий пятницы они, как выразилась Марин, прощаясь с Дада и отправляя его восвояси, «взяли субботу на слёзы», а в воскресенье пригласили на ужин, но в чайное время: не поздно.
