— Ты хочешь этого? — ее дыхание возле уха словно пустило разряд тока по телу Камиля.
— Нет, — ответил он, жарко целуя ее в шею, — но ты… — в чувствительное местечко за аккуратным ушком, — должна… — волнующийся верх пышной груди, — Ровена… я…
— Ничего я тебе не должна, Камиль де Кард, — с придыхом проговорила чаровница.
Отстранившись от нее, денр взглянул в затуманенные страстью глаза женщины. В них переливались зеленоватым огнем чары, которые успели остаться на его лице и губах. Магия Ровены имела сладковатый привкус клевера, приправленный едва ощутимыми нотками полыни. Травница…
Сместив пальцы с ее талии, он медленно переместил руки выше, к вырезу простого платья цвета тусклого темно-розового коралла. Когда белое кружево, которым был отделан лиф, оказалось смятым под натиском дикого желания денра, губы Ровены тронула порочная улыбка. Она не просто ждала продолжения — жаждала. Сжав корсаж, Камиль с силой рванул его в разные стороны. Расположенная по центру шнуровка глухо затрещала. По каменному полу спальни денра рассыпался мелкий речной жемчуг, что украшал шнурки.
Швырнув в сторону ненужный предмет гардероба, де Кард снова подался к Ровене. Чаровница охотно позволила обнять себя. На этот раз поцелуй был не таким лихорадочным и диким, но яркости не утратил. Теперь Камиль словно пробовал ее на вкус, как самое изысканное лакомство. Откровенные объятия и ласки денра находили все более жаркий отклик в сердце истосковавшейся по нему чаровницы.
— Камиль… — прошептала она, когда сильные руки владыки Лучезарных земель прошлись вдоль ее стройного тела.
— Безумная, — в тон ей ответил денр, терзая губы чаровницы невыносимо иссушающим поцелуем, которые буквально вынимал дыхание из груди. — Ты же… не представляешь, что я могу… — сделав над собой нечеловеческое усилие, Камиль все же отступил на пару шагов, — сотворить с тобой…
— Пусть все летит в Мертвые пустоши, — тихо проговорила Ровена, спуская с плеча сорочку, которая осталась на ней после того, как де Кард разорвал платье. — Я буду сожалеть вечно, если не сделаю этого.
— А я буду сожалеть, если сделаю, — проговорил Камиль, наблюдая, как она оголяет второе плечо.
Денр поймал себя на мысли, что зря дал этой красавице столько власти над собой. Когда тонкая белоснежная сорочка упала к ногам чаровницы, вместе с ней рухнули и остатки самообладания хозяина спальни. Чувствуя, как начинает гореть одна сторона лица, де Кард вздрогнул. Вдоль щеки побежало уже знакомое ощущение — что-то вроде щекотки, но с болезненным покалыванием. Так в нем поднимал голову тот, кто не позволил умереть в ту злополучную ночь.
Судорожно выдохнув, Ровена никак не могла оторвать взгляда от его полнящихся завораживающим свечением глаз. Оно было такого же цвета, как и метка на скуле де Карда.
Истолковав по-своему ее поведение, Камиль отвернулся.
— Нет, — чаровница подошла к нему и взяла за подбородок, вынуждая снова взглянуть на себя. — Я так долго ждала тебя. Именно тебя…
Едва слышно мурлыча себе под нос старинную мелодию, Алисьента поднялась по лестнице. В руках дочь управляющего держала небольшую корзину с фруктами и орехами. Раньше она каждое утро приносила их в спальни денра и его сестер. Сегодня этот круг обязанностей сузился до размеров покоев Камиля. Вопреки случившемуся, Алисьента пыталась сохранить в крепости былой порядок. Так ей было легче пережить случившееся. Хотя бы какое-то подобие того, что все осталось, как раньше…
— Вот вы где! — послышался голос Маркуса Данвира, когда пальцы девушки уже легки на ручку двери. — Я искал вас, Алисьента.
— Доброе утро, Маркус, — поздоровалась она, останавливаясь. — Что случилось? Вы так запыхались.
— Я хотел… ммм… — доэр замолчал, не находя слов.
— Что?
— Там… — Маркус неопределенно повел рукой куда-то в направлении лестницы. — Нужно… нужно…
— Что с вами, Маркус? — в голосе Алисьенты появились нотки раздражения. — У меня куча дел и совсем нет времени на вот это все.
— Просто пойдемте со мной, — выдохнул доэр Данвир.
— Хорошо, — кивнула девушка. — Сейчас, минутку.
Когда Алисьента уже собиралась постучать в дверь, то была резко остановлена Маркусом. Молодой доэр рывком бросился к ней, перехватывая тонкое запястье буквально в миллиметре от темного дерева дверной створки. Сильные пальцы мужчины так стиснули манжету платья, что на коже обязательно должны были остаться отпечатки от ряда мелких пуговиц.
— Маркус, что вы делаете? — удивилась девушка. Она принялась растирать запястье, когда он отпустил ее, поспешно делая шаг в сторону.
— Простите, — тихо извинился Данвир, проклиная свою несдержанность. — Вы могли бы позже принести завтрак денру? Прошу вас, Алисьента.
На мгновение брови девушки поползли вверх в жесте недоумения. Однако уже спустя пару секунд взгляд дочери покойного управляющего наполнился подозрением. Она оглянулась на дверь спальни денра, а затем пристально посмотрела в лицо доэра Данвира.
— Что такое, Маркус? — Алисьента указала на покои. — Вы не хотите, чтобы я входила. Верно?
