Она в самом деле так считала. Флинн смог преодолеть свой физический недостаток и освоил выбранную профессию, хотя многие утверждали, что у него ничего не получится. Он справлялся с такими трудностями, как невозможность пользоваться стетоскопом, а также некоторым другим оборудованием, но вместо этого развил наблюдательность. Даже его преподаватели не могли найти ошибок, когда он демонстрировал свое умение ставить диагноз и лечить животных, невзирая на глухоту. Именно этого и хотел для него отец. Его отец основал клинку «Животный инстинкт» и оставил ее в надежных руках своих сыновей.
– Ты и без меня бы справился.
Сомнение в его глазах говорило об обратном. Он вздохнул и пристально посмотрел на нее, словно пытаясь на что-то решиться. А потом отвел взгляд и уставился вдаль.
– Ты слишком высокого мнения обо мне.
Флинн покачал головой и засунул руки в карманы, показывая таким образом, что разговор окончен. Он крепко стиснул челюсти, нахмурил брови и смотрел на нее сердитым и угрюмым взглядом.
Габби подошла к нему вплотную.
– Флинн, ты способен не только брать, но и отдавать. На каждый случай, когда ты считаешь, что я спасла тебя, у меня есть точно такие же воспоминания о том, как ты выручал меня. Мы помогали друг другу, ведь для этого и существуют друзья. Чтобы было на кого положиться, помочь собраться с силами. И я поддержу тебя завтра, и послезавтра, и послепослезавтра. Не брошу в трудный момент. Как и ты меня.
Тысяча эмоций промелькнули в его взгляде и тут же исчезли. Ни один мускул на его теле не дрогнул, но Флинн был с ней, заполнял собой все пространство, все темные щели. Успокаивал, утешал. И в первый раз она ощутила нечто большее. Сексуальное влечение, страсть, настолько сильную, что даже не ожидала столкнуться с такой реальностью. Ей хотелось, чтобы он ее обнял, чтобы их губы встретились. Хотела почувствовать прикосновение его кожи, ощутить его внутри себя.
Да! Именно этого ей недоставало в предыдущих отношениях с парнями. Этой горячей страсти. Неуемной жажды одновременно брать и отдавать. Мужчины, который производил впечатление глубоко порядочного и был таковым на самом деле, но который за закрытыми дверями превращался в настоящего зверя. Они ни разу не целовались, все ограничивалось только легкими прикосновениями, поэтому она не знала, как долго будет гореть этот огонь внутри нее. И сохранится ли это сексуальное напряжение, когда они все-таки пересекут черту.
Но как же ей хотелось это выяснить!
Дышать стало тяжело, лицо раскраснелось, внутри все дрожало. Глаза Флинна расширились, когда он догадался, что она чувствует, он наклонился вперед, а в его зрачках отразилось желание. Он склонился над ней, их дыхания смешались… и в эту минуту Флинн отпрянул и сделал шаг назад. Как он уже делал прежде. Не желая признавать их взаимное чувство. Отвергая ее.
Однако на этот раз Габби понимала, что подтолкнуло его в этому. Веские причины. И Флинн был прав. После всего, что он сегодня сказал, после того как отвез ее в эти разные места, возможно, им не следовало поддаваться своим чувствам. Последствия могли быть слишком серьезными.
Он закрыл глаза ладонями и отступил еще на шаг, как будто искал выход, но ему не хватало сил. Из горла донеслось клокотание, когда он отвернулся и уставился на могильный камень.
Несколько раз глубоко вздохнув, Флинн присел на корточки перед могилой отца и смахнул с надгробной плиты обрезки недавно скошенной травы. Он склонил голову, и Габби представила себе, как он мысленно разговаривает с отцом.
Она решила не мешать и отошла к могиле Хизер. Жена Дрейка умерла после короткой и жестокой борьбы с раком яичников. Ее смерть стала тяжелым потрясением для всех, особенно для Дрейка. И глядя на ее могилу, Габби вдруг остро осознала, насколько короткой бывает жизнь. И она в любой момент могла потерять тех, кого так любила. Одно мгновение, и человека уже нет.