– Понятно, – сказала Паула, делая пометку в блокноте. – Я хотела бы, чтобы мы проверили это с нашими контактами в ксенофобских организациях. Возможно, не совсем уместно, чтобы с ними общалась я, учитывая мое происхождение… Мартин, может быть, ты с ними поговоришь?
– Конечно, – ответил тот.
Патрик очень надеялся, что Мартин не чувствует себя обойденным, оттого что ответственное поручение дали Пауле, а не ему. Однако он наверняка понимает – его час еще придет.
– Отлично, тогда ситуация под контролем – в том, что касается расследования пожара и провокации против Карима. Поддерживайте контакт с больницей и держите меня в курсе. Как с детьми, Паула? Тебе уже сказали, когда их можно будет забрать?
– Да, и все домашние тоже одобрили.
Мелльберг, до того сидевший необычно тихо, просиял.
– Да, и Лео веселее – будет с кем играть.
– Хорошо, – коротко произнес Патрик. Он заставлял себя не думать слишком много о Кариме и его семье; сейчас все равно мало что можно сделать – лишь попытаться найти и посадить за решетку того, кто все это сделал.
– Тогда вернемся к убийству Неи. Как известно, я очень недоволен тем обстоятельством, что нам пришлось прервать обыск до того, как мы закончили. Я только что переговорил с Турбьёрном – они могут выделить сотрудников завтра во второй половине дня, чтобы закончить обыск. Мы оцепили местность – остается только надеяться, что в наше отсутствие там ничего не изменилось. Придется работать исходя из ситуации.
– Да, мы мало что можем сделать, – проговорил Йоста.
Патрик понимал – коллеге не нравится мысль еще раз вторгаться в дом Бергов.
– Как обстоят дела по поиску сходства со старым делом? – спросил он, и Анника подняла глаза от своих бумаг.
– Мне пока не удалось обнаружить в архиве старые протоколы допросов, однако я еще раз просмотрела отчеты судмедэкспертов и криминалистов, а также все материалы, предоставленные Эрикой. Однако там нет ничего нового, за что можно было бы зацепиться. Все вы читали протоколы вскрытия, видели материалы с места преступления и слышали рассказ Эрики о Марии и Хелене.
– Да, кстати, беседы с Марией и Хеленой ничего не дали. Обе утверждают, что они невиновны в убийстве Стеллы и что, иными словами, существовал другой злоумышленник – теоретически это может быть тот, кого мы сейчас ищем. У Марии есть алиби. У Хелены его нет, но, с другой стороны, у нас нет ничего, что указывало бы на нее.
Мартин потянулся за шоколадным печеньем. Шоколад на нем растаял, и Мартину пришлось слизывать его с пальцев.
– Завтра закончим обыск, от этого и будем плясать, – сказал Патрик.
Ему не нравилось, что в деле так много тупиков и так мало зацепок. Если они не обнаружат еще что-нибудь, расследование может зависнуть.
– А как обстоят дела с шоколадом у нее в животе – мы точно никак не можем работать над этим дальше? – спросила Паула.
Патрик покачал головой.
– Судя по всему, это был обычный батончик, продается во всех магазинах. Нам не удастся отследить, от кого она могла его получить. Но поскольку дома у Бергов шоколада не было, Нея должна была достать его в то утро где-то в другом месте. Или получить от кого-то.
– А что ты думаешь по поводу того, что Лейф в конце концов начал сомневаться в виновности девочек? – спросил Йоста.
– Насколько мне известно, этим вопросом занимается Эрика. Будем надеяться, что ей удастся что-нибудь нащупать.
– Гражданские лица делают работу полиции, – проворчал Мелльберг и почесал за ушком Эрнста.
– И иногда делают это лучше некоторых, – вставил Мартин.
Патрик откашлялся.
– Мы должны держаться вместе и тянуть в одну сторону, – сказал он. – Все вместе.
Мартин виновато взглянул на него. Потом спросил:
– А как продвигается анализ анонимного звонка? Много ли это займет времени и на что мы, собственно, надеемся?
– Честно говоря, я даже не знаю, что тут технически возможно, – ответил Патрик. – Но, конечно же, надеюсь, что удастся убрать фильтр и услышать настоящий голос. Ну и потом – вдруг там окажутся какие-то фоновые звуки, которые помогут установить личность звонившего?
– Как в кино, где обязательно раздается паровозный гудок или бой церковных колоколов? – шутя проговорил Мартин.
– Да, если повезет, запись может дать нам какую-либо информацию, – сказал Патрик.
Оглядев собравшихся, он отметил, что Йоста подавил зевок.
– Мне кажется, на сегодня можно закончить. Если мы не отдохнем, то не сможем работать продуктивно. Так что по домам – пообщайтесь с близкими, поешьте, отоспитесь, а завтра начинаем по новой.
Все с готовностью поднялись, и Хедстрём заметил на всех лицах следы напряжения последних дней. Всем нужно сегодня обнять своих родных. Всем без исключения. Поколебавшись мгновение, он взглянул на Йосту, но Мартин опередил его:
– Ты можешь прийти сегодня поужинать со мной и Тувой? Она по тебе соскучилась.
Флюгаре кивнул.
– Конечно, – ответил он и пожал плечами.
Но не смог скрыть свою радость.
Патрик остался стоять на месте, пока коллеги один за другим покидали помещение. Они – семья. Во многих отношениях неидеальная, в которой не обходится без ссор. Но любящая и заботливая семья.
