– Так это означает, что мы теперь с точностью знаем – самоубийство Лейфа на самом деле убийство? – спросил Мартин.
Патрик задумался. В расследовании исключительно важно не делать поспешных выводов, даже если они кажутся очевидными. Но в конце концов он произнес:
– Лейф был левша, но рана от пули обнаружена в правом виске, и пистолет он держал в правой руке, а не в левой. Пистолет был его именным оружием – «вальтер ППК», тридцать второго калибра. Пуля сорок пятого калибра, обнаруженная в гробу, никак не могла быть выпущена из этого оружия. В связи со всем этим я могу с большой вероятностью утверждать, что речь идет об убийстве, а не о самоубийстве. И у нас есть подозреваемый. Лейф записал в своем ежедневнике инициалы JJ, и нам известен некий Джеймс Йенсен, имеющий в своем арсенале «кольт», хорошо подходящий к той пуле сорок пятого калибра, которую нашли вместе с телом – вернее, с останками.
– Да, он с гордостью продемонстрировал нам свое любимое оружие, когда мы пришли поговорить с ним, – горько сказала Паула.
– А какие у нас возможности привязать его к этой пуле? И к убийству Лейфа? – спросил Йоста. – Все это лишь предположение. В Швеции наверняка найдутся тысячи людей, владеющие «кольтом» – как законно, так и незаконнно. А то, что JJ означает «Джеймс Йенсен», – наша догадка, ничем не подтвержденная.
– Мы должны привязать пулю к пистолету, – медленно проговорил Патрик. – Я сомневаюсь, что мы получим у прокурора ордер на обыск с тем немногим, что у нас имеется. Поэтому вопрос на засыпку: как мы можем привязать пулю к оружию?
Паула поняла руку.
– Йенсен устраивает тренировочную стрельбу на общественной территории. Он стоял и стрелял из своего «кольта», когда мы с Йостой нашли его в лесу. Там должно быть огромное количество пуль, которые мы можем взять без всякого разрешения.
– Гениально! – восклинул Патрик. – Тогда так и поступим. Вы с Йостой соберете пули, так что мы сможем проделать анализ нарезов ствола.
В эту минуту он взглянул на дисплей своего телефона. Десять пропущенных звонков! Что такое? Некоторые номера были ему знакомы, и Патрик попытался сообразить, что могло вызвать такой бурный интерес со стороны вечерней прессы. Наконец он попросил прерваться на минуту, чтобы прослушать свой автоответчик. Положив трубку, сурово взглянул на Мелльберга.
– Судя по всему, мы обратились к общественности с просьбой помочь нам идентифицировать голос. Звуковой файл выложен на сайте «Экспрессен». Кто-нибудь что-нибудь про это знает?
Мелльберг расправил плечи.
– Да, я получил этот файл, когда вас не было на месте. Подумать только – техническую проблему разрешила женщина!
Он с энтузиазмом огляделся, но не получил ожидаемой поддержки.
– Ну сам-то я голос не узнал, – продолжал Бертиль, – и подумал, что нам очень потребуется помощь, а общественность – важный ресурс. Так что я проявил инициативу и связался с «Экспрессен», а они вызвались помочь нам. Так что теперь остается только ждать сигналов.
Довольный, он откинулся на спинку стула.
Патрик мысленно сосчитал до десяти, а затем выбрал путь наименьшего сопротивления – сделал глубокий вдох.
– Бертиль… – начал он было, но не знал, как продолжить.
Так много всего ему хотелось сказать, но говорить этого не стоило. Просто-напросто ничего не даст.
Он снова собрался с духом.
– Бертиль. Ты сам будешь заниматься приемом поступающих сигналов.
Мелльберг закивал и поднял большой палец.
– Я сообщу, когда возьму его за жабры, – радостно сказал он.
Патрик изобразил на лице улыбку. Потом вопросительно посмотрел на Мелльберга, который ответил ему недоуменным взглядом.
– Да?
– Тебе не кажется, что было бы неплохо дать нам тоже послушать?
– Да, черт, конечно, – пробормотал Бертиль и потянулся к телефону. – Я послал файл себе на мобильный. Я ведь сказал, что его раскусила девчонка?
– Да, ты упомянул об этом, – сказал Патрик. – Мы что-нибудь услышим?
– Да-да, кошмар, какие вы нетерпеливые, – бурчал Мелльберг, нажимая на что-то в телефоне. Затем почесал в затылке. – Как там это делается, чтобы вытащить файл? Эти проклятые современные телефоны…
– Скажи, если тебе понадобится помощь женщины, – нежно проговорила Паула.
Бертиль сделал вид, что не слышит, и продолжал нажимать.
– Вот! – наконец торжественно провозгласил он.
Все напряженно вслушивались в запись.
– Ну? – спросил Мелльберг. – Кто-нибудь узнал голос? Или услышал что-нибудь интересное?
– Нет, – медленно проговорил Мартин. – Но голос очень молодой. И, судя по выговору, я бы сказал, что этот человек из наших мест.
– Видите! Вы сами понятия не имеете! Какое счастье, что я уже запустил все это на всю страну! – с удовлетворением произнес Мелльберг, откладывая телефон.
Патрик проигнорировал его слова.
