Ник молчал. Он будто понимал, что мне не нужна его жалость. Это лишь слова. От них не станет легче. Парень просто смотрел на воду, давая мне немного времени. Наконец он произнес:
– Зато ты осталась жива. Наш ковен защитит тебя, Ана! Больше не нужно будет бояться охотников и... ну, не ходить в лес ночью. Какой магией ты обладаешь? Я замолвлю словечко на шабаше и они обязательно...
Я перебила его:
– Нет, Ник, остановись!
– Что?
– Я не вступлю в ковен, – я старалась, чтобы решимость звучала не только в голосе, но и была написана на моем лице.
– Почему?
– Просто... – скрестив руки на груди, я отчаянно стараясь не смотреть парню в глаза. – Не могу. Я вам не подхожу. Я одиночка, и всегда так будет.
– Ана, если ты не вступишь в ковен, я не смогу гарантировать тебе безопасность.
– Безопасность? – не поняла я. – Что ты имеешь ввиду?
Ник нахмурился и стал нервно теребить рукав своей ветровки.
– Кое-что случилось, – наконец произнес он. – Сегодня утром погибла ведьма из семьи Верховных. Она должна была следующей занять главенство, после своей матери. Но ее отравили.
Печально, но довод слабый.
– А я-то здесь причем?
По лицу Ника пробежала решимость.
– Ты чужак, – твердо сказал он. – Ты уже под подозрением. А если те, кто действительно виновен в смерти Сибиллы МакМиллиан, решат обвинить тебя, то... Я даже не могу представить, что случится.
Фамилия показалась мне знакомой. И даже очень.
– Ты сказал МакМиллан? Это... родственница твоей девушки?
– Ее тетя, – Ник кивнул головой. – А что, ты с ней знакома?
– Нет, но я видела вчера утром их с Риссой в лавке у Венди. Они требовали быстрее приготовить неизвестное мне снадобье. Но Венди им отказала. Сказала, что какой-то там малочай долго созревает. Или мелонома... Не помню название. Ник, Рисса ей угрожала. И явно с одобрения своей тети.
Ник напрягся.
– Может это никак не связано с ее смертью.
– А может и связано... – в ответ на мои слова парень задумчиво кивал. – Нужно поговорить с Венди. Но в любом случае, в ковен я не вступлю.
– Даже, если так мы сможем быть вместе?
Мы встретились взглядами, и я почувствовала острый укол где-то в районе груди. Ковен Озроука ни за что не примет меня. Да и Ник тоже, если узнает правду. Мои руки бессильно опустились, и я сделала два шага назад, прочь от его глаз, в которых хотелось утонуть. И прочь от воды, в которой хотелось утопиться.
– Поверь, мы в любом случае не сможем быть вместе. И думать иначе с моей стороны было огромной ошибкой.
Сказано. Обратной дороги нет. Я пыталась убедить себя, что ничего не чувствую, и что так будет лучше, но... потухший взгляд Ника ранил меня. Он тяжело вздохнул и отвернулся обратно, к водам озера.
Казалось, он потерял какую-то спасительную соломинку, за которую отчаянно цеплялся, чтобы выбраться из пучины.
– Нет, – вдруг сказал он, резко повернувшись. – Я не отступлю! И докажу тебе, что ты ошибаешься! Ты не подпускаешь к себе людей, я это вижу. Ты строишь стену из недомолвок, но на самом деле ты боишься. Боишься сблизиться с кем-то, потому что боишься новых потерь. Ты ошибаешься! И скоро сама это поймешь. Я никуда не денусь, Ана!
Глава 10
– А потом он сказал, что я никого к себе не подпускаю, и вообще он никуда не денется. Вот так.
Травница внимательно слушала, пока я пересказывала ей свой вечерний разговор с Ником. Лес вокруг нас жил своей жизнью. Сквозь молодую весеннюю листву пробивались редкие лучи дневного солнца, сплетаясь в необычные узоры. Они делали рыжие волосы Венди похожими на всполохи пламени.
– Упорный какой, – хмыкнула девушка, удобнее перехватывая свою объемную сумку. В левой руке она сжимала толстый блокнот, в который то и дело заглядывала, шагая по знакомой одной ей тропке. – Ну а вообще он прав. Раз уж ты решилась остаться, то нужно постараться быть общительней, что ли...
Скривившись, я хмыкнула:
– Я еще ничего не решила.
– Решила, – уверенно заявила Венди. – Иначе ты бы уже укатила в закат на своём байке. Серьёзно, Ана, Озроук Хиллс не так плох.
Сказав это, травница присела на корточки возле куста с милыми белыми цветами, от которого исходил потрясающий аромат.
– Что ты делаешь?
– Совмещаю приятное с полезным, – откликнулась она, проверяя свои записи в блокноте. – Жасмин рано зацвел, но первые цветы самые ценные. Погоди немного, я быстро.
Девушка достала из сумки маленький холщовый мешочек и стала аккуратно собирать соцветия и бутоны, которые только готовились превратиться в прелестные цветы. Я украдкой заглянула в ее блокнот, который Венди отложила в сторону, на мягкую подстилку из мха и сорных трав.
– Ого, да тут у тебя целый список! До вечера не управимся.
– Не переживай, – Венди быстро перебирала тонкими пальцами, наполняя цветами мешочек. К слову, она заполнила его почти на половину. – На нашем пути попадется только золототысячник, сенна и пижма. Хорошо, что ты той ночью не забрела в глубь леса.
– Здесь точно безопасно днем?
Украдкой я взглянула на кольцо настроения, которое сегодня приобрело золотисто-оранжевый цвет.