Фрау Крюгер ухватилась за рукав Настиной куртки, сказала что-то по-немецки и зажала себе нос. Взяв с полки кусок хозяйственного мыла, она вложила его в Настину ладонь, дав понять, что прежде всего девушке необходимо как следует помыться.
–
Довольная тем, что с ней не спорят, жена коменданта поднялась наверх и опустила люк.
Настя сняла шерстяную куртку и обвела взглядом сырой подвал в поисках места, где можно было помыться. В углу стояла раковина, но из крана там текла лишь холодная вода. Но Настя, повинуясь приказу хозяйки, сняла форму и грязное белье. Полностью раздевшись, она задрожала от холода.
В тусклом свете лампочки она едва могла разглядеть на своем теле вшей, но чувствовала, как они ползут у нее по животу и между грудей. Девушка стала поливать себя водой, а потом тереть мылом везде, куда могла достать, соскребая мерзких насекомых.
Затем Настя постирала нижнее белье и уже собиралась натягивать свою грязную форму, но тут раздались шаги и она обернулась. На лестнице стояла фрау Крюгер с мужской шерстяной рубахой в руке. Женщина бросила рубаху Насте и ушла.
Настя с благодарностью надела доходившую ей до середины бедер рубаху на свое мокрое тело и застегнула пуговицы. Бетонный пол был невыносимо холодным, так что девушка надела и сапоги, чувствуя себя странно с голыми коленками. После этого она собиралась освежить форму. Отстирать ее после нескольких недель лежания на земле было невозможно, но хотя бы избавиться от запаха и вшей. Пусть и на время.
В подвал снова спустилась фрау Крюгер, на этот раз с металлическим ушатом, полным грязной одежды. Настя не поняла, что женщина сказала по-немецки, но задание было понятным. Женщина показала на несколько проводов, натянутых между опорных столбов явно для сушки белья.
–
Комендантша, похоже, рассердилась и, резко развернувшись, пошла наверх. Настя уже наполовину набрала холодной воды в раковину, когда женщина вернулась с большим медным чайником, из носика которого выходил пар. Она что-то снова сказала по-немецки, и Настя решила, что фрау Крюгер велела ей не расходовать кипяток понапрасну.
Горячая вода казалась просто райским подарком. Настя предпочла бы использовать ее для собственной помывки. Девушка разложила белье для стирки на дощатом столе в порядке приоритетности: сначала белье и рубашки коменданта, потом одежда фрау Крюгер и в последнюю очередь постельное белье и прочие принадлежности. Настя лишь надеялась, что ей хватит мыла – и сил – перестирать все это.
Спустя два с половиной часа у девушки ныли руки и ломило спину. Но она все постирала и развесила. Только вот ее форма еще не высохла. Что ей было делать?
За это время к ней никто не пришел, так что Настя сама поднялась по лестнице и высунула голову из подвала. Из кухни в конце коридора показалась фрау Крюгер с ведром и тряпками. Женщина подошла к Насте и всучила ей инвентарь. Все было ясно.
– Jawohl, фрау Крюгер.
Настя снова ринулась по лестнице в подвал и набрала в ведро холодной воды. Из-за едва зажившей руки поднимать наверх ведро было тяжело, и девушка опустила его на пол с глухим стуком. Она опустилась на колени на деревянный пол и приступила к мытью. Эта работа давалась Насте с трудом, ее руки были очень слабы. Но через полчаса она почти все закончила и встала, чтобы посмотреть, не осталась ли где-нибудь грязь. В этот момент распахнулась входная дверь.
В дом вошел комендант Крюгер. Он ухмыльнулся при виде торчавших из-под рубахи голых ног девушки. Мужчина обвел взглядом Настино лицо, грудь, голые колени, а потом пошел прямо на кухню, оставляя за собой грязные следы.
Не в силах возразить, Настя намочила тряпку в грязной воде и снова стала мыть весь коридор. Приближаясь к кухне, она чуть не лишилась чувств от запаха жареной колбасы.
Как и остальных военнопленных, голод мучил Настю неотступно. При хроническом недоедании голод гнездился уже не только в желудке, а распространялся по всему телу. Из-за запаха горячей и жирной еды голод превратился в острую физическую боль: Настин желудок стал выделять сок, а переваривать ему было нечего.
Чтобы не чувствовать мучительных запахов, Настя сбежала обратно в подвал и вылила воду из ведра. Ее белье высохло, хотя форма оставалась еще слегка влажной. Натягивая брюки и гимнастерку, девушка задрожала. Шерстяная куртка лишь чуть-чуть ее согрела.
Гадая, ждут ли ее новые поручения, Настя выбралась из подвала и позвала фрау Крюгер из коридора. Женщина вышла из кухни, принеся с собой запах жареной свинины, и осмотрела пол. Похоже, комендантша осталась удовлетворенной и, махнув Насте рукой, отправилась обратно на кухню.
