– Я не удивлюсь, – пожала она плечами. – Ведь если Прасковьи больше нет и стремительное старение приостановлено, маму снова могло обуять желание побыть сильной ведьмой. Конечно, не молодой и красивой, но все же… Ведь Прасковье удавалось поддерживать свою жизнь достаточно долго, до тех пор, пока мы здесь не появились и она не решила нами воспользоваться, чтобы жить вечно.
– Ты про Максимку?
– Ну да, – кивнула она, – а ведь неизвестно, сколько таких «Максимок» было раньше.
– Я думаю нам пора навестить Олдана, – потянул девушку за руку Егорша.
– Да, пошли.
Когда они добрались до кладбища, Энджи первым делом подошла к могиле Прасковьи. Придирчиво осмотрев небольшой холмик, убедилась, что здесь все было так же, как они и оставили с Федором. Плюнув на камень в изголовье, Энджи подошла к центральному жертвенному камню.
Не прошло и пяти минут, как большой черный ворон устроился на верхушке.
– Я ждал тебя, – вместо приветствия заявил Олдан.
Энджи тоже было не до реверансов, и с замиранием сердца она задала вопрос, который волновал ее больше всего:
– У нас получилось?
Ворон не стал долго тянуть взятую было паузу и почти сразу ответил:
– Да, Акулина, ты справилась, душа Прасковьи уже предстала перед судом предков.
– Ого, – удивилась молодая ведьма, – и что же, интересно, предки решили?
– Она наказана, а как именно – эта информация не для живущих, – напыжился Олдан.
– Это что, секрет? – возмутилась девушка. – Мне столько понадобилось усилий, чтобы отправить ее поганую душу к предкам, я такое пережила! И, в конце концов, я ее жертва и имею право знать, какое наказание она получила!
Олдан, разглядывая Энджи с большим интересом, наклонил набок точеную голову и насмешливо хмыкнул:
– Обратись с жалобой в Европейский суд.
Энджи, не ожидавшая от древнего ворона такой высокой компетентности в современных реалиях, даже немного растерялась.
– Ух ты, это где же вы, уважаемый Олдан, черпаете такие знания?
– Неважно, – довольный произведенным эффектом, ответил тот, – главное, что я это знаю.
– Ладно, – буркнула Энджи, – не хочешь говорить – не надо. Может, мне и не стоит об этом знать. Я хотела тебя спросить о другом.
Олдан в ожидании наклонил голову на другой бок.
– Что ты знаешь про Анфису?
Ворон, судя по всему, не ожидал такого вопроса. Он выпрямился и, переступив с лапы на лапу, спросил:
– А ты?
– Не очень-то вежливо отвечать вопросом на вопрос, – усмехнулась девушка, – но ладно. Мы ее встретили на деревенском кладбище, точнее не ее, а призрак. Я так поняла, что она – моя бабушка.
– Хм, – снова переступил с лапы на лапу ворон. – Как ты догадалась?
– А что тут сложного? Я знаю, что мою бабушку по матери звали Анфиса. Вот и сопоставила, можно сказать, догадалась.
– Что еще ты о ней знаешь?
– Да ничего, – пожала плечами девушка. – Бабушка умерла, когда маме было лет пять. Она ее практически не помнит, так что и рассказать о ней было особо нечего.
– И что ты хочешь знать?
– Хочу знать, что случилось. Почему она умерла такой молодой и почему до сих пор ее призрак бродит по местному кладбищу? Если ее душа до сих пор не упокоилась, значит, здесь что-то нечисто.
Олдан замолчал, собираясь с мыслями.
– Хорошо, – наконец заговорил он, – ты имеешь право знать. Дело в том, что Прасковья раньше уже пыталась заполучить могущество и вечную жизнь. Когда старость начала неумолимо надвигаться, твоя прапрабабка начала искать способ, как это исправить. Именно тогда она обратилась к древнему заклятью. Но, для того чтобы его совершить, ей были нужны еще две ведьмы вашего рода. Она начала их искать и нашла.
– Что значит «начала их искать»? – удивилась Энджи. – Она не знала, где находятся ее дочь и внуки?
– Нет, не знала. Ее дочь Евдокия, твоя прабабушка, еще девушкой уехала из этих мест и здесь больше никогда не появлялась. Отношения с матерью у нее были очень сложные, та была излишне деспотичной и строгой. И как только девчонка получила паспорт, сразу же сбежала. Прасковья была рассержена таким своеволием до такой степени, что отреклась от родной дочери. Она даже не интересовалась, как и где та живет, до тех пор, пока ей не понадобились две родственницы для заклятья. Она начала наводить справки и выяснила, что ее дочери уже давно нет в живых, но есть внучка, Анфиса, а у той малолетняя дочь – Валентина, твоя будущая мать. Девочке на тот момент было уже четыре года.
– То есть она нашла что искала: еще двух ведьм?
