До библиотеки добрались быстро. По пути туда, Йен пробовал воззвать к моему разуму, приводил доводы. Я была непреклонна. Знал бы он, что не ему одному страшно…не ему нужно рисковать жизнью.
Для пущей надежности, незаметно активировала заклятье тишины. Теперь ни одна живая душа в замке не услышит, что происходит в стенах этого подвального помещения.
Положила кусочки артефакта в центр нарисованной фигуры, туда же закинула опоенного сонным зельем, гуся с природным кулоном на шее.
«Богиня, помоги мне отыскать правильную дорогу в этом деле. Благослови на благое деяние и даруй свободу.»
Помолившись, шагнула в центр фигуры. Как только ноги коснулись пола, рисунок озарился кислотно-зеленым светом, от которого слепило глаза. Я тихо прочитала заклинание и стала ждать.
Части артефакта подняло вверх вместе со спящей птицей. Неужели получилось? Четыре кусочка соединились между собой в квадрат алого цвета. Потом пошло что-то не так. Гусь загорелся огнем и за считанные секунды превратился в пепел. Кулон упал прямо мне в руки.
Стало жутко. Я попыталась вырваться из круга, но границы формулы не выпускали меня, окатывая жгучей болью при прикосновении с линиями рисунка. Йен понял, что все пошло наперекосяк и попробовал стереть черту. Его сразу вынесло ударной волной. При падении ударился головой о мраморный пол и потерял сознание.
Это конец…
Я видела, как собранный квадрат приближался ко мне. Чем ближе он становился, тем больше тело пронзала невыносимая боль. По началу старалась удерживать свой крик, закусывая губу, но вскоре прокусила ее. Во рту мгновенно появился металлический привкус крови.
Рухнула на колени, стараясь скрыть свои муки. Правая ладонь словно горела изнутри. Хотелось разорвать ее, оставив только оголенные кости. Еще чуть-чуть и потеряю сознание навсегда. Мысли стали путаться, больше не смогла сдержать себя. Я закричала от невыносимой боли. От крика, из ушей потекла густая кровь.
На правой ладони начала трескаться кожа. Вот он, артефакт. Смерть моя близка.
Не успела я додумать до конца, как вдруг в кругу стало значительно меньше места. Боль медленно уменьшалась, даруя освобождение.
Когда получилось сообразить, что за чудо произошло- стало поздно. Рядом со мной, в магическом кругу, разделяя все страдания и боль, был Виктор. Он забрал все тяготы на себя. По искаженному лицу видно, как он мучается, стараясь не закричать. Теперь меня почти не беспокоил обряд. Из моей ладони безболезненно вышел разноцветный кусочек, похожий на все предыдущие части артефакта. Он слился воедино с другими, превращая правильный квадрат в необычную форму звезды. Артефакт стал переливаться серебряным светом, пока не упал на пол.
Ритуал окончен. Кислотно-зеленое свечение пропало. Виктор лежал на полу беспомощной куклой. Собрав последние силы в кулак, доползла до него. Только бы он был жив!
Мужчина был залит собственной кровью. Будто кто-то невидимый выкачал из него все силы и оставил умирать. Дрожащей рукой подняла его голову и положила себе на колени. На меня сразу устремился любимый взгляд светло-голубых глаз. Если бы я не видела всего этого моря крови, а только взгляд, то подумала бы, что обладатель этого синего океана в глазах, улыбается. Виктор закашлял, изо рта потекла алая струйка.
Из моих глаз брызнули слезы. На его месте должна была быть я. Он обязан жить дальше!
— Виктор…зачем? — задыхаясь от собственной беспомощности и истерики, только смогла выдавить я.
— Мой. Маленький. Глупенький. Рыжик, — сквозь кашель прошептал он, — Я люблю тебя больше жизни. Если бы я раньше увидел ту запись в твоем блокноте, — приступ стал сильнее, приподняла его выше, — Никогда бы не позволил тебе активировать артефакт.
— Прошу тебя, не уходи, — глаза любимого стали стекленеть, дыхание прекратилось. Я со всей силы затрясла его за плечи, — Не оставляй меня одну, Виктор!
К этому моменту очнулся Йен. Он отлепил меня от мертвого тела и положил друга на пол, потом прикрыл невидящие синие глаза. Теперь любимый словно спал.
Это все из-за меня! Виктор должен был остаться жить, он принял на себя мою участь!
Запястье с клятвой начало покалывать. Взглянула на него. Огненный феникс испарился, будто его никогда не было. Даже рубца не осталось. Клятва выполнена и снята, только от этого нет чувства радости.
Его больше нет. Виктор…князь…напарник…любимый умер. Он сделал выбор за меня. Нет, не могу в это поверить! Этого просто не может быть!
Меня обуяла истерия. Я снова схватила любимого за плечи и потрясла.
— Очнись, Виктор, прошу тебя! — плачущий по другу Йен, с силой оттащил меня от тела и пытался успокоить, но я била ему кулаками в грудь, чтобы он отпустил. Когда истерия прошла, пришло осознание пустоты. Йен убрал руки, — Любимый…я обязательно верну тебя, чтобы мне этого не стоило.
