Тут все наваждение внезапности спало, Настя, прижимая сосуд к себе, начала оглядываться в поисках помощи, увидела привалившегося к стене беглеца — тот засунул руку под пальто к сердцу и тяжело дышал, заметила, что второй преследователь, помедлив, отмахнулся и бросился наутек…
И тут же Кот-Ученый замолк, встал и совершенно буднично спросил лежащего, отряхиваясь:
— Ты еще здесь? Кто вас вообще выпустил?
Напоследок он пнул свою жертву, и та быстро-быстро на четвереньках засеменила вслед товарищу.
— Отдай… мне… — прохрипел, задыхаясь, недавний беглец.
— Не так быстро, Тхор! — совершенно неузнаваемым, напряженным тоном произнес эксперт и аккуратно выкрутил сосуд из рук ошеломленной Насти. — Не узнал? А я тебя сразу узнал. Тебе повезло, что я тут оказался. И что кошачье зрение позволяет рассмотреть подробности даже при очень быстром движении.
— Ты! — с искренней радостью откликнулся неведомый Тхор. — Ну, слава всем богам!
Кот-Ученый, коротко взглянув на него, с трудом поднял сосуд повыше и попытался рассмотреть его в свете уличных фонарей. Теперь Настя и сама увидела: это было что-то наподобие очень большого графина с узким горлышком. Стекло почти непрозрачное — что аналитик надеялся там разглядеть? Правда, на дне вроде бы действительно что-то темнело.
Внезапно эксперт странно взмявкнул — Насте показалось, что скорее односложно выругался.
— Гм… — прокашлялся он. — Тхор… Это действительно… То, о чем я думаю? Устройство… гм… с тремя входами для питания?
Эксперт с трудом подбирал слова, но Тхор, видимо, его понял и решил выручить:
— Да. Огнеопасное.
Он наконец отлепился от стены и сбросил капюшон. Настя ахнула.
Рептилоид! Настоящий рептилоид!
Ну и денек сегодня!
Нет, она знала, конечно, что остатки этой древней цивилизации еще существуют, но встретиться с одним из них здесь, в центре Москвы?!
Нереально.
— Эти… — рептилоид энергично облизнул сухие губы, явно проглотив ругательство. — Держали его в Зоологическом музее! Среди экспонатов! Пока оформляли документы на вывоз!
К ним приблизилась парочка гуляющих, и Настя, вдруг сообразив, что все произошедшее даже под мороком выглядело чересчур странно, невольно постаралась загородить собой эксперта и рептилоида.
— Так. На вывоз. Ясно. Понятно, — Кот-Ученый, судя по тону, действительно что-то понял и принял какое-то важное решение. — Давай-ка поподробнее объяснишь у меня дома. Настя, не медли, вызывай такси, ретроспектива Альмодовара отменяется.
Настя схватила смартфон, а Тхор прошуршал совсем уж жалобно:
— А у тебя батареи хорошо греют? Блин, ну и гонка по такой погоде… Я же холоднокровный…
[1]Blood (англ.) — кровь.
[2] Педро Альмодовар Кабальеро — испанский кинорежиссер, кинопродюсер и сценарист. Лауреат двух премий «Оскар». Приобрел известность во второй половине 1980-х годов благодаря «пленительно-агрессивному» дизайну фильмов.
Дом, в котором жил эксперт, располагался в переулках недалеко от метро «Парк культуры». Ехали они по субботним пробкам долго, рептилоид несколько раз пытался что-то рассказать, но Кот-Ученый резко обрывал его — видимо, опасался, что водитель услышит.
Едва такси остановилось, он снова обхватил сосуд и скомандовал Насте:
— Помоги ему подняться, я вперед, надо это занести быстрее!
Настя повиновалась.
— Не так быстро… Погоди, передохну… На улице же ноль градусов… Я весь ресурс вымотал… — то и дело бормотал Тхор на лестнице, и Настя, подхватившая неожиданно легкого рептилоида под руку, покорно останавливалась и ждала, пока он отдохнет.
Громадные лестничные пролеты превратили их подъем в долгое путешествие.
Наконец на третьем этаже спасительно замаячила приоткрытая дверь квартиры.
— Заходите, гости дорогие! — выглянул оттуда аналитик. — Только извините, квартира у меня неевклидовой геометрии!
Так он приветствовал всех гостей.
Настя уже бывала у него, и в том, что планировка жилища действительно очень необычная, успела убедиться. Дому было почти полтора столетия, и он менял хозяев и перестраивался множество раз. Только в глубине души что-то подсказывало ей: в отличие от остальных квартир бывшего доходного дома, «неевклидовость» данной конкретной обусловлена не столько многократными перепланировками здания, сколько особой магией, возможно, магией самого хозяина. В ответ на прямой вопрос, который она задала как-то Коту-Ученому, он только отмахнулся и сказал, как о чем-то незначительном: «В каждой коробке есть тайна… Кстати, цитата, если что».
— О-о-о, тепленько-то как! — простонал рептилоид, когда они ввалились в прихожую. — Можно, я разденусь? До футболки? Быстрее согреться бы…
Голос его звучал неуверенно, но Кот-Ученый совершенно серьезно кивнул:
— Можно. Пошли в кабинет, там посидишь у батареи. Все равно с тобой сейчас бессмысленно говорить. Насть, не сочти за труд — поставь чайничек. Я подойду. Мне как обычно, с мятой.
Настя с трудом оторвалась от созерцания сосуда, уже стоявшего на письменном столе в кабинете — ей издалека показалось, что там кто-то шевелится, — и прошла на кухню. Механически наполнила электрочайник и щелкнула кнопкой.
