С этими словами он похромал в дом, а Витя поморщился – перспектива поболтать со мной его не порадовала.
– Я слушаю, – процедил он.
Тон его стал меня порядком раздражать. Ах ты принц хренов! Стоишь тут, строишь из себя недотрогу. Я мысленно сосчитала до пяти, стараясь пригасить подступающий к горлу гнев, и как можно спокойнее проговорила:
– Расскажи мне, что случилось в тот день, когда Свету нашли мертвой? Что произошло между вами?
Витины глаза беспокойно заблестели, щеки заалели румянцем.
– Тебе какое дело? – грубо спросил он.
– А такое, что Света моя подруга. Я имею право знать, – с холодным спокойствием ответила я.
«Принц» расцепил руки и нервно потер лоб.
– Следователь уже допрашивал. Теперь ты.
– Расскажи, пожалуйста, Витя. Мне важно знать, что произошло, – с нажимом сказала я.
– Ну, мы сидели. Немного выпивали. Так, чисто символически. А потом Костя и Нина куда-то пропали, мы со Светой вышли, а они целуются. Ну, в общем, Света скандал закатила, я Нинку домой повел. Решил с ней дома поговорить, чтоб в улице не светиться. Народ, сама знаешь, какой. Чуть что, сразу сплетни пойдут… Это Костя ее порешил.
Витина голова задрожала, и на красивых глазах выступили слезы. Быстрым движением руки, он смахнул их. Сжал зубы так, что заходили желваки на щеках. Что-то он слишком эмоционален.
– Ты в порядке?
– Она мне нравилась…
Я не удивилась услышанному. Светка многим мужикам нравилась. Вон, полный дом поклонников. Даже Сема-тракторист здесь. До девятого класса за Светкой бегал, а потом женился на тихой, домовитой девушке Кларе и вроде успокоился. Дети пошли. Да и Клара его тоже здесь, больше не ревнует мужа. Поговаривают, что Сема оказался отличным мужем и надежным плечом для Клары.
– Я не верю, что Костя ее убил, – проронила я. Витя усмехнулся и высокомерно глянул на меня.
– А во что ты веришь? Что она сама утопилась? – Его верхняя губа поползла наверх, обнажая зубы. Вмиг он стал похож на злую кошку. Даже не кота, а именно кошку. Грациозный, страшно красивый.
– Эта мразь ее убила. Он испугался, что она бросит его. Светка всегда говорила, что он никогда ее не отпустит… – злым шепотом проговорил он.
Что? С чего бы Свете говорить этому щеголю, про то – отпустит ее или не отпустит Костя? Я неприятно удивилась услышанному. Получается, Витя и Света были близки? У них были теплые и доверительные отношения?
– Это она так ТЕБЕ говорила? – спросила я.
Витя наклонился ко мне и рявкнул так, что люди на крыльце с любопытством уставились на нас:
– Да! Мне! И что? – Быстро оглянувшись, он понял, что вызвал ненужное внимание, и понизил голос вновь до шепота: – она не любила его. Просто жалела.
Я смотрела на красивое и нервное лицо Вити и думала о том, почему он ни слова не сказал о своей жене. Ведь он ее застал с Костей, как он оценивает сие открытие? По всей видимости, смерть Светки занимает его внимание куда больше, чем измена жены.
– Значит, у вас со Светой что-то было? – спросила я в лоб. Витька окатил меня ледяным взглядом и, демонстративно промолчав, двинулся в дом.
«Было», – с горьким сожалением поняла я. Мне хотелось верить, что у Светы и Кости все было хорошо. Вера моя рухнула.
А мог ли этот красавчик убить Свету? Предположим, что Костя и Нина тоже были близки, и, увидев это, Витя отвел законную жену домой, а затем вернулся. Предположим, он знал, в какое время Света доит корову. Пришел сразу в коровник, зашел через заднюю калитку и поставил женщине ультиматум: либо он, либо Костя. Света выбрала Костю, и чересчур нервный Витя разозлился и утопил Свету в ведре с молоком, а сейчас строит из себя невинную овцу. Могло так быть? Вполне могло. Но для убийцы что-то уж больно сильно он переживает.
Если Витя и Света были в близких отношениях, знал ли об этом Костя? Неизвестно. Если бы знал, то мог ли на почве ревности убить Свету? Получается, что мог. Но ведь, как сказала Наталья Степановна, он спал, когда она обнаружила свою дочь мертвой. Сможет ли спокойно спать человек, который несколько минут назад убил другого человека? Конечно же нет, если, конечно, он не какой-то маньяк.
Притворялся, что спит? Этого мне не узнать. Так или иначе сердце мне подсказывало, что Костя не убивал Свету. Если не Витя и не Костя, кто тогда?
На кладбище отец Прокоп заунывно прочитал молитву, отпел новопреставленную Светлану. Мы подходили, кидали комья земли в могилку. Когда мужики принялись работать лопатами, мне стало так тоскливо, что слезы сами покатились из глаз. Я подошла к Наталье Степановне и обняла ее. Вдвоем мы тихо плакали, пока зарывали могилку. После того как вырос холмик из земли, баба Шура Клопиха, появившаяся из ниоткуда, подошла и бережно положила на него огромную охапку цветов. Все ахнули. Никто этого не ожидал. Обкладывая цветами холмик, она бормотала:
– Вот, девонька, тебе. Чтоб на том свете дорожка у тебя была из цветов. Чтоб благоухала ты.