– И ты, зная все это, ничего мне не сказал? Ты знал, через что пришлось пройти Николасу, однако промолчал? Да ты просто скверный ребенок, маленькая дрянь! Будь моя воля, я бы придушила тебя…
– Успокойтесь, мадам, – сказал Бинкли. – Если кто-то и задушит этого парня, то этим человеком буду я. Но сейчас нам нужна его помощь. За Паскалем нужен уход. И, конечно же, юноша не мог знать, что мистер Дейвентри никогда никому не рассказывал об этом происшествии.
– Я… я думал, что об этом все знают, – стал оправдываться Сирил.
– Сирил, ради Бога, исчезни с глаз моих! – воскликнула Джорджия, едва сдерживая слезы. – И побыстрее! Пока я с тобой что-нибудь не сделала!
Парень со скоростью молнии скрылся за дверью. Бинкли же ухмыльнулся и сказал:
– Полагаю, мадам, вы вполне ясно изложили свою точку зрения.
– Я еще даже не начала излагать ее. Боже, насколько же эгоистичен этот маленький негодяй!
– Чрезвычайно, – лаконично подтвердил Бинкли.
– Бедный Николас… Даже вообразить не могу, чем стала для него та ночь! И теперь его самый страшный кошмар снова стал реальностью!
– Да, мадам. Полагаю, вы попали в точку.
– О чем вы, Бинкли?
– О ночных кошмарах. К сожалению, они у него случаются довольно регулярно. Господин начинает кричать во сне, а потом просыпается в холодном поту, не понимая, где находится. Но мистер Дейвентри никогда не рассказывал, что именно ему снилось. Однако он упомянул о том, что однажды вы, мадам, стали свидетельницей такого кошмара.
– О боже… – пробормотала Джорджия. – Должно быть, ему снилось, что он тонет. – Она опустилась на пол и, подтянув колени к подбородку, глубоко задумалась, даже не осознавая, что не подобает даме сидеть на полу. Но Бинкли, похоже, этого не заметил, поскольку и сам погрузился в раздумья.
– Поняла!.. Я поняла! – внезапно воскликнула Джорджия, вскакивая на ноги. – Думаю, я нашла связь!..
– В самом деле, мадам?
– Да-да, послушайте!.. Николас очень хотел помочь тонувшим морякам и поэтому постарался преодолеть свой страх. Он, без сомнения, не мог смириться с мыслью, что эти люди утонут, если он им не поможет. Но его отчаяние в тот момент, когда он увидел тонувшего Паскаля, – о, это было нечто иное, не так ли?
– Да, верно. В тот момент он, казалось, был близок к безумию.
– Именно так, Бинкли. Увидев тонувшего ребенка, маленького мальчика, он как бы увидел самого себя, и от усталости и холода эти два события – давние и нынешние – слились для него в одно целое. А потом Николасу показалось, что он опоздал и мальчик погиб.
– Извините, но я не улавливаю… – пробормотал Бинкли. – Почему же последовала такая реакция?
– Не знаю… – Джорджия вздохнула. – Но я слышала, что сильное эмоциональное потрясение может оказывать на людей весьма странное воздействие. А Николас в ту ночь испытал несколько эмоциональных потрясений – не говоря уж о физическом истощении. Поэтому он и перенесся туда, где этот ужас не мог его достать.
– Интересная теория, мадам. У вас очень богатое воображение.
– Да, знаю. Может быть, именно поэтому я могу кое-что понять. И я думаю, что все это – проклятый тролль!
– Тролль?.. – переспросил Бинкли, ошеломленный ее словами.
– Ох, прошу прощения, – пробормотала Джорджия. – Именно так бы выразился Николас.
– Наверное, мадам. Вполне вероятно. Но что такое тролль? Я об этом ничего раньше не слышал.
– Тролли – отвратительные мифологические существа, которые живут под землей и всячески вредят людям. А Николас считает, что тролли – самые ужасные страхи человека. И это именно то, с чем он столкнулся…
– Теперь, кажется, понимаю. Уверен, что понимаю… – закивал Бинкли.
– Итак, – в задумчивости продолжала Джорджия, – если я права, то выходит, что у Николаса поврежден не мозг, а сердце. Мы должны сделать все возможное, чтобы залечить его душевную рану и вернуть его к нам.
– Конечно, мадам. Но как же исцелить его сердце?
– Любовью, Бинкли. Только любовью.
– П-послушай, Паскаль, – с раздражением проговорил Сирил, – в-в эту игру так не играют.
– Pourquoi pas (фр. Почему нет)? – спросил мальчик, сбрасывая еще одну карту. – Так играют все моряки. – Он кашлянул. – А то, что ты лорд, Сирил, – это вовсе не означает, что ты можешь устанавливать собственные правила. Ну вот, я опять выиграл.
– Очень х-хорошо. Я научу тебя еще одной игре, но на этот раз мы будем играть по м-моим правилам.
– Нет, я устал от карт. Мы все утро играем. Сейчас я хочу отдохнуть.
– Ты п-плохо себя чувствуешь? – с беспокойством спросил Сирил. Прошла уже неделя, как у Паскаля произошел кризис, но Сирил продолжал ухаживать за мальчиком. – Я приготовлю тебе питательный отвар, если хочешь.
– Спасибо, не надо. Я просто немного устал. Прошедшей ночью мне снились плохие сны.
– Правда? И что же тебе снилось?
Паскаль поморщился.
– Я не хотел бы об этом говорить. Как чувствует себя месье Николас?
