– Паскаль, ты почему не спишь? Ведь уже очень поздно… Что-то случилось, дорогой? – спросила она участливо, обратив внимание на необычайно серьезное выражение его лица. Мальчик не ответил, продолжая в нерешительности топтаться у порога. – Иди сюда, посиди со мной у камина. – Джорджия отложила ткань и иголку и похлопала ладонью по дивану.
Паскаль подошел и сел, поджав под себя ноги.
– Я не могу заснуть, мадам, мне страшно, – прошептал он.
– Страшно? Что же тебя напугало, малыш?
– Не могу сказать. Мне стыдно.
– Ох, Паскаль… Что бы там ни было, я уверена: тебе стыдиться нечего. Можешь не рассказывать, если не хочешь, но поверь мне, стоит поделиться своими страхами, и тут же станет легче.
– Но если я расскажу, то вы, наверное, выгоните меня. А идти мне некуда.
Джорджия рассмеялась.
– Не говори глупостей, малыш. Мы тебя очень любим. Теперь это твой дом, и никто не собирается выгонять тебя отсюда. Ты можешь жить здесь столько, сколько пожелаешь.
– Обещаете, мадам?
– Конечно, обещаю.
Паскаль ненадолго задумался, потом кивнул.
– Я вам верю, мадам.
– Вот и хорошо. Так в чем же дело? Что тебя так напугало?
– Сегодня днем мы с Сирилом ездили в деревню, чтобы привезти вещи, о которых вы говорили. Сирил замечательно правил экипажем, мне бы так научиться… Я впервые увидел английскую деревню, и мне было очень интересно.
– Ну-ну, а дальше что? – с улыбкой спросила Джорджия.
– Когда мы приехали туда, вокруг экипажа собрались люди. Потом Сирил ушел по делам, а я остался с лошадьми и слышал, что эти люди говорили. Наверное, они думали, что я не понимаю английского.
– О боже… – вздохнула Джорджия. – Снова пересуды? Деревенские жители склонны слишком уж увлекаться этим. О чем же они судачат сейчас?
Мальчик покраснел.
– Обо мне и месье Николасе.
– О вас с Николасом? – Джорджия нахмурилась. – Так что же они говорят?
– Они говорят, что это из-за меня месье лежит в постели, лишившись рассудка.
– А как они пришли к такому нелепому заключению? – спросила Джорджия, стараясь не показывать своего беспокойства.
– Они говорят про ужасный грех, мадам. Говорят, что месье вытащил меня из воды уже мертвого. Это правда?
– Ты действительно не дышал. В твоих легких было много воды, Паскаль, но мне удалось тебя откачать. Я ведь тебе уже все объясняла… И я очень рада, что мои усилия тогда не пропали даром. Хотя Сирилу нравится думать, что это именно он вернул тебя к жизни. Но при чем тут Николас?
– Они говорили, что я вернулся из мертвых только потому, что душа месье переселилась в меня, а у него теперь нет души. Как вы думаете, это правда? – с беспокойством спросил мальчик. – Неужели я действительно забрал у месье душу?
– Ох, Паскаль, конечно же, нет! Одно никак не связано с другим. Поверь, никто не может похитить у человека душу.
– Правда, не может?
– Нет и еще раз нет! Твоя душа – навсегда твоя. Ты смог вернуться к жизни, потому что проявил силу воли и потому что Господь решил, что тебе еще рано перебираться в рай. Думаю, ты еще пригодишься ему на этом свете.
– Например, для того, чтобы строить дом и вместе с вами восстанавливать сад?
– Совершенно верно. И еще потому, что Бинкли, Сирил, Лили и, конечно же, я – все мы ждали появления в этих стенах маленького мальчика по имени Паскаль Мартин, которого мы все очень любим. Николас, безусловно, хотел того же, хотя он еще толком с тобой не познакомился. Тем не менее именно он вынес тебя из моря и принес к нам, верно?
– Это очень хорошо, мадам, что я не украл у месье его душу, – пробормотал малыш.
– Конечно, хорошо. И еще раз повторяю: у каждого человека – своя собственная душа. Когда Николасу станет лучше, ты сам в этом убедишься.
– И еще там какая-то женщина говорила, что месье навсегда лишился разума и ему никогда не станет лучше, потому что на месье лежит проклятье, которое стало расплатой за причиненное им зло. А раньше Сирил говорил мне…
– Послушай меня, Паскаль, – перебила Джорджия, – я знаю, как сильно ты любишь Сирила. Но ты не должен слушать его рассуждения о месье, потому что Сирил вообще не знает Николаса. Он верит всяким сплетням и выдумкам, которые сочинили ничего не знающие люди.
Мальчик ненадолго задумался, потом пробормотал:
– Тогда почему же месье Николас никак не очнется? Может, он действительно лишился души и разума?
– Разумеется, у него есть и разум, и душа, Паскаль.
– Но если это так, то где же они? – задал мальчик вполне логичный вопрос. – Даже Сирил говорит, что месье лишился разума.
Джорджия вздохнула.
– Ладно, Паскаль, я постараюсь тебе все объяснить, чтобы ты больше не слушал эти нелепые россказни. Когда Николас был примерно в твоем возрасте, с ним произошел несчастный случай, очень похожий на тот, что случился с тобой…
Не упуская ничего, Джорджия рассказала мальчишке всю историю, вплоть до ночных кошмаров Николаса и его водобоязни.
– И вот теперь, чтобы отойти от подобного шока, требуется время, – закончила Джорджия.
– Ох, мадам… – Паскаль утер слезы. – Теперь я стыжусь еще больше. Ведь получается, что я некоторым образом все-таки похитил душу месье Николаса. Он же только ради меня снова вошел в воду…
