Он больше не участвовал в длительных плаваниях, но подготовил несколько русских кругосветных путешествий, в том числе – Антарктическую экспедицию Фаддея Беллинсгаузена и Михаила Лазарева. А главное, долгие годы возглавлял свою альма-матер – Морской корпус, и почти все выдающиеся русские моряки середины XIX века были его учениками. Кадеты с восхищением поглядывали на плечистого бывалого моряка, овеянного легендами, а он, не почивая на лаврах, составлял для воспитанников новые учебные пособия и водил их в плавания по Балтике, внимательно наблюдая за каждым мальчишкой.
Опытного моряка, талантливого географа приблизил к себе император Николай I. Крузенштерн стал генералом свиты. Самодержец часто обсуждал с ним морские дела. Моряк лаконично, без бахвальства, рассказывал о своих путешествиях. В 1841 Крузенштерн стал адмиралом, спустя пять лет умер…
Паруса «Надежды» не сникли и в наше время. Это современный российский учебный парусник, названный в честь легендарного шлюпа, не раз побеждавший в международных регатах. А на памятник Крузенштерну, установленный в Петербурге в ноябре 1873 года, выпускники Санкт-Петербургского Морского корпуса Петра Великого ежегодно надевают тельняшку. Такова незыблемая традиция, ведь все они – дети Крузенштерна, показавшего им путь в дальние моря. А на пьедестале памятника – герб адмирала. И знаменитые слова: «Живущий надеждой».
200 лет назад русские моряки совершили последнее в истории великое географическое открытие. Им удалось доказать существование загадочного материка в районе Южного полюса. Это был настоящий прорыв в будущее, сравнимый со свершениями Христофора Колумба и Фернана Магеллана. В наше время подобные открытия возможны только в космосе. А на Земле есть шесть материков и седьмому не бывать.
О такой экспедиции мечтали многие. И многие считали ее авантюрой, погоней за призраками. Знаменитый британский мореплаватель Джеймс Кук в 1770‐е приблизился к Антарктиде. Он перешел через 71‐й градус южной широты, но, встретив сплошную ледовую преграду, повернул обратно. Кук утверждал, что плавание к Южному полюсу невозможно и отвергал возможность существования материка на высоких широтах. Впрочем, впоследствии он заявлял, что такой материк, возможно, и существует, но достичь его невозможно. После яростного британца несколько десятилетий исследователи избегали путешествий в эти края… Хотя, по древней традиции, на географических картах в районе Южного полюса частенько изображали контуры таинственного материка. При этом многие ученые в те годы вообще отрицали существование земли на Южном полюсе.
Блестящую догадку о существовании южного полярного континента за полвека до путешествия Беллинсгаузена высказал Михайло Ломоносов – истинный идеолог антарктического путешествия. В трактате «Мысли о происхождении ледяных гор в северных морях» великий ученый утверждал, что наличие «падунов» (то есть, айсбергов) свидетельствует о расположенных поблизости берегах, от которых отрываются эти ледяные глыбы. И раз в южных высоких широтах таких «падунов» встречается гораздо больше, чем в северных, то можно предполагать, что именно там, на крайнем юге, и расположен загадочный материк. А, если он существует – его следует открыть!
Идею плавания к Южному полюсу отстаивал Иван Крузенштерн – герой первого русского кругосветного путешествия. Участником той экспедиции был и молодой Фаддей Беллинсгаузен. Крузенштерн красноречиво доказывал необходимость «броска на юг»: «Сия экспедиция, кроме главной ее цели – изведать страны Южного полюса, должна особенно иметь в предмете поверить всё неверное в южной половине Великого океана и пополнить все находящиеся в оной недостатки, дабы она могла признана быть, так сказать, заключительным путешествием в сем море». Поддерживал это начинание и морской министр Российской империи Иван де Траверсе.
Идея неожиданно заинтересовала самодержца. Вообще-то император Александр I не считался покровителем флота. Решающие сражения наполеоновских войн происходили на суше – и Россия в его годы укрепляла артиллерию, кавалерию и пехоту. Военные эскадры оказались на обочине государственного внимания. Зато развивался исследовательский флот. Это время, осененное гением молодого Пушкина, называют Золотым веком русской литературы. Схожий подъем ощущали и путешественники, стремившиеся приблизить к России все континенты. Снаряжались кругосветные экспедиции, путешествия к американским берегам и в Северный Ледовитый океан… Но самые дерзкие мечты путешественников были связаны с поиском неизвестной земли на «крайнем юге». И Александру этот прожект сразу приглянулся! После победы над Бонапартом, после учреждения Священного союза, он задумался и о географических открытиях…
