Выход книги из печати вызвал новую волну полемики. На первой полосе книжного обозрения в воскресном выпуске «Нью-Йорк Таймс» появилась язвительная рецензия. Книга частями печаталась в «Лондон-Таймс», была выдвинута на соискание Национальной литературной премии и в конечном итоге была переведена на несколько языков, в том числе на немецкий, французский, голландский и японский. Она привлекла к Милгрэму повышенный интерес широкой публики, и он стал появляться в таких телепрограммах как «60 минут», «Донахью», «Сегодняшнее шоу» и «Шоу Дика Каветта». Вскоре компания CBS выпустила телевизионный фильм «Десятый уровень» по сценарию Джорджа Беллака и с участием Уильяма Шатнера. Это была экранизация исследования проблем подчинения и сопутствующих ему событий. Ив Монтан также поставил фильм на французском языке под названием «Я как Икарус», в котором центральное место в сюжете занимали эксперименты, связанные с подчинением.
В 1977 году издательство «Эддисон-Уэсли» опубликовало антологию почти всех работ Милгрэма, написанных им к этому моменту. Антология вышла под названием «Индивидуум в социальном мире: очерки и эксперименты». Милгрэму нелегко было найти издателя, потому что антологии не приносят большой прибыли, но Стэнли хотел выпустить сборник, который бы ознакомил читателя с многообразием его достижений, помимо работ по изучению проблем подчинения. Однажды он сказал своему брату Джоулу, что часто ощущает себя актером Джеймсом Арнессом, который был известен зрителям лишь по телевизионному сериалу «Пороховой дым» и о других ролях которого они ничего не знали.
Есть доля иронии и нечто пророческое в том, что сборник вышел в середине карьеры Милгрэма в 1977 году.
Поток творческих идей продолжался и мог бы продолжаться еще много лет, но (за единственным исключением) Милгрэм после этого не опубликовал ни одной новаторской эмпирической работы. Единственным новым исследованием, которое Милгрэм предпринял после выхода в свет антологии, была его работа над проблемой «сираноидов».
Так он называл людей, которые не высказывают мысли, зародившиеся в их собственной нервной системе; слова, которые они произносят, берут начало в мозгу другого человека, который передает их сираноиду с помощью радиопередатчика. Сираноиды воспринимают эти слова посредством миниатюрных ультракоротковолновых приемников с наушниками, незаметно установленными у них в ушах. Милгрэм установил, что те, кто опрашивал сираноидов, обнаруживали в них логически последовательную личность, несмотря на различия между си-раноидом и передатчиком; например, когда в роли передатчика выступал 50-летний профессор психологии, а в роли сираноида 11-летний мальчик, никто не догадывался, что слова сираноида принадлежали не ему самому.
МИЛГРЭМ КАК ЧЕЛОВЕК И ПРЕПОДАВАТЕЛЬ
Впервые встретившись с Милгрэмом, люди обычно находили его любезным и очаровательным. В разговоре Милгрэм очень внимательно слушал своего собеседника, так что у того создавалось впечатление, что он сам и его дела представляют интерес для Милгрэма. Однако у Милгрэма не хватало терпения на ведение «светских бесед», и он способен был резко прервать собеседника, если считал, что тот говорит банальные или бессмысленные вещи. Как выразился брат Милгрэма: «Он не склонен был терпеливо и приветливо выслушивать дураков». Почтения к рангам и регалиям у Милгрэма не было. Мори Сильвер, который был студентом Милгрэма и в Гарварде, и в Аспирантском Центре университета Нью-Йорка (CUNY), рассказывал мне, что, даже не будучи штатным преподавателем Гарварда, то есть полноправным членом факультета, Милгрэм позволял себе обрывать профессоров. Как сказал Джон Сабини: «Он грубил невзирая на лица».
Как преподаватель, Милгрэм был чрезвычайно требователен, всегда побуждая своих студентов мыслить творчески. Вот как описал своего учителя Гарольд Такушьян:
«На первый взгляд, в нем не было ничего необычного. Но буквально через минуту после того, как он начинал говорить, вы понимали, что это действительно необыкновенный человек. Он обладал язвительным стилем выражения, который просто захватывал вас. Любой в аудитории мог бы сказать: «Да, это именно то, что я пытался выразить…». Воздух вокруг него в аудитории был прямо наэлектризован… Казалось, сейчас посыплются искры… Однако, все это требовало от слушателей такого напряжения, какое не каждому было по силам… Он умел понимать чувства людей, но это не означало, что он всегда старался вести себя так, чтобы вы чувствовали себя хорошо. Иногда он обрушивался на людей с уничижительными замечаниями… Он крайне отрицательно относился к банальностям, намекам, трюизмам и резко нападал на человека, когда ощущал, что тот говорит что-то безосновательное или двусмысленное».
Милгрэм никогда не жалел ни времени, ни сил, особенно для тех своих студентов и коллег, которых любил.
