То была «докалькуляторная» эпоха, когда большинство людей осуществляло вычисления вручную, и для того, чтобы счетные навыки приносили личную или коммерческую выгоду, человек должен был демонстрировать высокий процент правильных ответов. Используя биномное разложение, отец продемонстрировал, что при 95 %-ной или даже 98 %-ной правильности в осуществлении единичных математических операций, человек в редких случаях способен получать правильный ответ в осуществлении ряда вычислений, например, при умножении двух трехзначных чисел или при сложении сумм в бакалейном счете — причем сделанные человеком ошибки часто способны просто свести на нет попытки проверить результат вычислений, потому что невозможно получить один и тот же неверный результат два раза подряд. По этой причине отец особо подчеркивал необходимость достижения большого мастерства в основных вычислительных навыках.
В области обучения языку отец рано осознал, что для того, чтобы сделать обучение функциональным и эффективным, педагог и составитель текстовых материалов должны знать, какие слова встречаются ребенку при чтении и в речи. Это привело отца к подсчету, методичному, трудоемкому подсчету вручную встречаемости различных слов в нескольких миллионах слов связных текстов и к подготовке последовательной серии «Пособий для учителя» (Teacher’s Workbooks), основанных на таком подсчете. В моей юности какую бы книгу в доме я ни взял, везде мне встречались подчеркнутые слова. Еще раньше мой отец заучил на память тысячу или около того наиболее часто употребляемых слов, чья относительная повторяемость была быстро установлена и которые уже не требовали подсчета, а подчеркивал отец другие слова. Еще один из первых моих способов зарабатывания карманных денег заключался в транскрибировании и подсчете этих подчеркнутых слов.
Возможно, самым значимым вкладом моего отца в дело усовершенствования обучающих материалов и при этом таким, от которого многие из присутствующих в зале могли получить реальную пользу, явилось то, что мой отец революционизировал словари для детей. Когда я был ребенком, словари для детей составляли, просто внося сокращения в словарь, предназначенный для взрослых читателей, некоторые слова убирали, а определения других слов делали более сжатыми. Никому не приходило в голову, что более короткие, написанные телеграфным стилем определения представляют большую сложность для ребенка или что слова, используемые для объяснения, должны быть более простыми, чем само определяемое и поясняемое слово. В качестве моего любимого примера, который я цитировал много раз, привожу определение слова «медведь»: «Медведь — это плотоядное, стопоходящее четвероногое». Вряд ли это определение поможет ученику начальной школы, который не имеет представления о том, что такое медведь!
Словари Торндайка, а впоследствии Торндайка — Барнхарта, были основаны на ряде принципов, предназначенных для того, чтобы сделать словари полезными для учителя или ребенка. К примеру, во-первых, любое слово следует определять с помощью более простых слов. Во-вторых, наиболее часто употребляемые слова вообще не следует определять, их просто следует использовать в иллюстративных предложениях типа: «Слон — большое животное. Нью-Йорк — большой город». В-третьих, следует составлять множество тщательно подобранных предложений, поясняющих значение каждого слова. В-четвертых, следует приводить в словаре множество картинок, четко изображающих определяемый предмет или элемент. В-пятых, определения многозначных слов следует давать в последовательности от наиболее общего или часто встречающегося значения, а не организовать подобные определения по частям речи. Были и еще принципы, о которых я не буду говорить сегодня. Эти изменения были по большей части ассимилированы другими составителями словарей для детей, однако и спустя 50 лет я счастлив заявить, что словари серии, выпущенной Торндайком — Барнхартом, продолжают занимать доминирующее место среди всей словарной продукции.
