– В 1918 году мы нуждались в верных людях. И брали в ЧК по сути всех подряд. Почти что. Главное, чтобы человек хотя бы на словах разделял идеи революции. И, как оказалось, зря.
Дзержинский задумался, замолчав.
– Почему зря? – наконец спросил Петр Полянский. – Неужели вы разочаровались в идеях революции?
– Почему? Нет. Но революция слишком сильно притягивала мерзавцев всех сортов. На нее как на мед слетаются не только пчелы, но и навозные мухи. Из-за чего очень многое оказалось не тем, чем мы задумывали. Так, например, в ЧК проникли сектанты и развели, пользуясь своим положением, какой-то кошмар. Вы, знаете, кто такие тюкальщики?
– Читал. – серьезно ответил местоблюститель.
– А я своими глазами видел тела семейства, которое эти сектанты убили. Представьте. Лежит мужчина, женщина и трое детей, один из которых практически младенец. И у всех разбиты молотками кости. Все. Жуткое, кровавое месиво. Как они попали на расправу? Шли на заработки в поисках лучшей доли. Были замечены сектантами. И оприходованы. Они ведь считают, что только так можно отправиться в царствие небесное.
– Знаю. Я и читал, и фотокарточки видел.
– И вот такие уроды изо всех щелей повылезли. Читали «Вий» Гоголя? Вот и тут. Хоть круг вокруг себя черти. Защитники и свои люди в органах позволили им развернуться по полной программе. Тот же Тучков, что вас арестовал, был во всем этом кошмаре по уши завязан.
– Ожидаемо…
– И вы так об этом спокойно говорите?
– А вы Феликс Эдмундович, не задумывались о том, как вас народ простой видит?
– Как сатанистов-богоборцев. Михаил Васильевич подсказал. До сих пор в шоке. Не поверите – был как забытье. Словно узду закусил. Думал, правильно все делаю. Мы ведь стояли и стоим за что? За свободу совести. Чтобы каждый верил в то, во что пожелает. А тут…
– А что тут? Сатанизм – тоже вера. Хоть противная человеческой природы. Не так ли?
– Вот ради этого я вас и пригласил.
– Рассказать все это? Вы думаете, что я поверю в ваше раскаяние?
– Мне от вас не вера нужна, а помощь.
– Повторюсь – я не буду сотрудничать с органами.
– Вы твердолобый человек. – усмехнулся Феликс Эдмундович. – И смелый. Не каждый бы решился так разговаривать со мной.
– Вы родились и выросли в верующей семьи и должны прекрасно понимать, чем я дорожу и что для меня важно. А также почему я вас не боюсь.
– Тучков и вся его компания арестованы. Аресты всех церковных чинов теперь на моем личном контроле. Если на местах будут что-то чудить – можете всегда звонить по прямому номеру. Вот, – он передал ему конверт. – Здесь все необходимые телефонные номера, имена и пропуск на вас лично. Вы в любом момент можете лично прийти ко мне на прием и рассказать о непотребстве моих сотрудников, если такое заметете. Также вот в папке, что вы уже начали смотреть, материалы по сектам. Выжимка из того, что мы нашли. Мне нужна ваша максимальная помощь. Информацией. Постарайтесь мобилизовать приходы. Уверен, что люди видят и слышат намного больше, чем мои сотрудники. Повторюсь – меня интересуют ТОЛЬКО опасные сектанты. И это – не вмешательство в дела церкви, а просьба о помощи. Чтобы прекратить убийства и прочие непотребства, творимые этими людьми. Кроме того, очень славно будет, если вы сможете обеспечить нас консультантами. Во всех этих породах сектантов сам черт ногу сломит – целый зверинец. Само собой – не бесплатно. А если получится найти достаточно компетентных и смелых священников, которые станут выезжать с нами за держания и осмотр мест преступлений – то вообще замечательно. Уверен, что они смогут заметить намного больше, чем наши сотрудники. Мы, все-таки на таких вопросах не специализируемся.
– Я не могу самостоятельно принимать такие решения.
– А и не надо. Обновленцы и прочие созданные Тучковым структуры распущены и лишены государственной регистрации. Наиболее рьяные их деятели задержаны. По ним идут проверки. Поэтому мы вам очень настоятельно советуем созвать Поместный собор и избрать нового патриарха.
– Вы же были против.
– Все течет, все меняется. – пожал плечами Дзержинский. – Но есть два момента. Первое. Большая просьба от меня – следите за языком. Не нужно хаять Советскую власть. Мы власть. И как любая власть мы в законном праве себя защищать. Не хотите прославлять? Ваше дело. Но и поливать помоями не нужно. Так как в противном случае нам придется на это отреагировать. Постарайтесь это понять сами и донести до своих коллег. К этой же просьбе относится и ваше сотрудничество с иностранными разведками. Сами понимаете…
– Понимаю. А второе?
– Просьба от Михаила Васильевича. Он просит не морочить голову с календарями. Знает, что в церкви есть разные течения. И очень сильно желание сохранить старый юлианский календарь. Если вы это сделаете, то породите лишние конфликты. Например, Рождество окажется после Нового года. И его празднование окажется практически под табу из-за поста. Не хотите Григорианский, используйте Новоюлианский или какой-то иной подходящий. Главное сейчас – достигнуть примирения. Дров мы и так все знатно наломали.
