Итак, совпадения в письмах кое-что в нем затронули, и после совета директоров Юджин вновь направился к миссис Хорнер. Договариваясь о встрече, он воспользовался телефоном прямо в зале совещаний и втайне посмеялся над собой от мысли, как бы расценили такой звонок деловые люди, сидящие в обшитой красным деревом комнате. Миссис Хорнер переехала, но ее новый адрес оказалось легко найти. Трубку сняла девушка, представившаяся племянницей, и они назначили сеанс на пять вечера. Морган явился минута в минуту, и племянница, унылая толстуха с журналом под мышкой, впустила его в пропахший камфарой салон миссис Хорнер – комнату с серыми крашеными стенами, голым полом, одиноким столом и двумя стульями: первый был мягким и обитым кожей, а второй оказался грубо сколоченной поделкой с деревянным сиденьем. Штора на единственном окне была опущена до подоконника, но солнце снаружи светило так ярко, что в комнате не было темно.
Появилась миссис Хорнер, болезненного вида женщина, во всем коричневом, с почти распрямившейся завивкой на жидких волосах, разделенных пробором посередине, так что был виден синюшный лоб. Маленькие глазки близоруко щурились, но она узнала посетителя.
– Ах, вы уже были у меня, – высоким, но приятным голосом произнесла она. – Я вас припоминаю. Давненько это было, да?
– Да, довольно давно.
– Я вас запомнила, потому что вы ушли разочарованным. Даже вроде как разозлились. – Она негромко рассмеялась.
– Простите, если вам так показалось, – сказал Юджин. – Вы же узнали мое имя?
Она с удивлением и упреком посмотрела на него:
– Конечно нет. Я никогда не пытаюсь выведать имена посетителей. К чему мне это? Мне не надо доказывать свои способности, я просто знаю, что они есть, и не такой уж это благословенный дар!
Юджин не стал развивать эту тему:
– Думаю, так и есть. Что ж…
– Хорошо. – Она опустилась на кожаный стул спиной к зашторенному окну. – Садитесь тоже. Надеюсь, на этот раз вы увидите, что хотите, и не станете злиться, хотя как знать. Невозможно предсказать, как они себя поведут.
Она вздохнула, закрыла глаза и замолчала, а Юджин, сидя на неудобном стуле, смотрел на нее и обзывал себя идиотом и кое-чем похуже. Молчание затянулось, застывшая женщина напротив него не двигалась, и он окончательно перестал понимать, зачем сюда пришел. Он подумал, что совпадения в письмах близких людей не нуждаются в объяснении, тем более с помощью телепатии, и ничего особенного в этом нет. Так зачем он заявился в это странное место и что заставляет его вот так сидеть, уставившись на странную женщину? Иными словами, какого черта он тут делает? Его совершенно не впечатлял транс миссис Хорнер, как и ее зубы, которые было видно при каждом глубоком вдохе. Если причуды разума завели его в этот балаган, то куда же они заводят других людей? Юджин был уверен, что он рассудительнее большинства, и если даже он способен на такую глупость, то что уж говорить про остальных? Перед его глазами пронеслась вереница важных банкиров, промышленников и юристов, внешне порядочных и набожных и таких странных в душе!
И сколько ему еще здесь сидеть, оберегая сны этой женщины? В голову вдруг пришло, что для полного счастья ему не хватает опахала, чтобы отгонять от нее мух.
Приоткрытый рот миссис Хорнер внезапно захлопнулся, и она плотно сжала губы, плечи дернулись и мелко задрожали, грудь стала часто вздыматься, она выдохнула и забормотала что-то неразборчивое.
Неожиданно громко она просипела:
– Здесь Лопа!
– Да, – сухо ответил Юджин. – В прошлый раз вы говорили то же самое. Я помню Лопу. Это ваш проводник?
– Я Лопа, – подтвердил хриплый голос. – Лопа.
– То есть сейчас вы не миссис Хорнер?
– Нет никакой миссис Хорнер! – объявил голос, конечно же, устами миссис Хорнер, но с такой убежденностью, что Юджин, несмотря на все сомнения, начал чувствовать присутствие некоей третьей личности, возможно также принадлежавшей погруженной в транс миссис Хорнер. – Нет никакой миссис Хорнер, только Лопа. Проводник.
– То есть вы проводник миссис Хорнер? – спросил он.
– Теперь твой проводник, – с чувством сказал голос, сопроводив заявление неуместным смешком. – Ты уже был тут. Лопа помнит.
– Как и миссис Хорнер.
Лопа пропустила это замечание мимо ушей и быстро продолжила:
– Ты строишь. Строишь вещи, вещи двигаются. Ты приходил сюда, и старик на той стороне говорил с тобой. Этот старик сейчас здесь. Он говорит Лопе, он твой дед, нет, говорит, отец. Он твой отец.
– Как он выглядит?
– Что?
– Какой он из себя?
– Красавец! Белая борода, но не длинная. Говорит, кто-то еще хочет говорить с тобой. Здесь. Женщина. Не жена. Очень красивая! Красавица, красавица!
– Это моя сестра? – спросил Юджин.
– Сестра? Нет. Она качает головой. У нее красивые каштановые волосы. Она любит тебя. Ты ее очень хорошо знаешь, но она не твоя сестра. Она очень хочет что-то сказать тебе, очень хочет. Очень любит тебя и очень хочет поговорить. Рада, что ты пришел, о да, очень рада!
– Как ее зовут?
