Волки не отставали от них и в последующие дни. Хищники по-прежнему держались на приличном расстоянии, поэтому выжившие не видели их, хотя и слышали вдалеке вой. Жюстиньену казалось, что он чувствует их сзади, что звери вынюхивают их след, хотя это было технически невозможно. Вероятно, из-за такой близости выжившие были еще больше напряжены. Де Салер мечтал о солончаках Бретани, и вскоре небольшая группа вышла на территорию торфяников. Пурпурные саррацении рисовали на мху бордовые фрески, а слишком ранние комары, если не были заняты преследованием путников, исчезали в венчиках цветов. Поблизости рычали волки. Жюстиньен удивился, что звери продолжали преследовать их на болотах. Из предосторожности зарядил пистолет. Каждый день он вспоминал свою прошлую вину и этого человека, которому не открыл дверь в тот последний день мая. Вспоминал он и кого-то другого, из более отдаленных времен. Того, чье имя пытался забыть. Иногда задавался вопросом, был ли алкоголь единственной причиной его проблем с памятью или же свою роль сыграл тот удар по голове, полученный во время беспорядков в Париже. На болотах пурпур саррацений едва проступал сквозь туман. Пенни шла впереди, легкая, как одна из тех фей, которые, как говорят, последовали за ирландскими рыбаками на Ньюфаундленд. Вероятно, она окончательно потеряла ботинки, потому что шла босиком. Жирный коричневый торф покрывал ее исцарапанные пальцы ног. Она радостно напевала мелодию, и Жюстиньену потребовалось несколько минут, чтобы узнать ее. Это была та самая песня, которую марсовой Жонас напевал за день до своей смерти.
– Прекрати это, ладно? – сплюнул Венёр, от его обычного сочувствия не осталось и следа.
Девушка-подросток, едва удостоив его взглядом, продолжила свою песню чуть громче, чуть резче. Венёр схватил ее за запястье:
– Ты замолчишь, да?
В ответ она закричала.
– Оставь ее, Венёр, – приказала Мари.
Габриэль вытащил кинжал. Из глубины его горла вырвался рык.
– А иначе что? – ответил ботаник, поморщившись.
– Ну же, будьте благоразумны, – ответила путешественница ровным голосом.
Одной рукой она взвела курок.
– Что ты собираешься сделать? – с неожиданной злостью воскликнул Венёр. – Убить меня?
Путешественница не успела ответить. Пенни уже вывернула Венёру руку, вонзив зубы в мясистую часть запястья. Венёр вскрикнул, но всё же удержал свою хватку. А тем временем Жюстиньен краем глаза заметил в стороне силуэты, возникающие из тумана.
– Волки! – крикнул он.
Пенни наконец вырвалась. Мари направила ружье в густую мглу. Венёр быстро развернулся, на ходу вынимая пистолет, и выстрелил как раз в тот момент, когда первый зверь кинулся в атаку. Пуля угодила ему между глаз. Мари выстрелила следом, на ходу застрелив второго волка. Жюстиньен последовал за ними, ранив еще одного хищника в бедро. Мари отбросила ружье и взялась за палицу. Два хищника, возникшие перед ней, обнажили клыки. Раскрученная палица в руках Мари издавала при вращении пронзительный свист. Стоявший сзади Венёр перезарядил оружие и вновь нажал на курок. Один из волков с визгом отлетел назад. Однако другие звери уже выходили из тумана, будто обретая форму и плоть из паучьих сетей мглы. Жюстиньен очень быстро перезарядил свой пистолет. Позади него Пенни выкрикнула сухой приказ, какой-то варварский и резкий слог на языке, которого молодой дворянин никогда раньше не слышал. С нечеловеческой скоростью Габриэль бросился к зверям, прыгнул на того, кто был ближе всего к молодому аристократу, укусил его за горло, вонзив зубы в густой мех и плоть под ним. Ясные глаза мальчика, непомерно увеличенные, сверкали, как осколки стекла. Изумленному Жюстиньену показалось, что в этот момент вместо зубов у него выросли клыки еще острее, чем у волков.
Одним хищным движением Габриэль вырвал яремную вену у зверя, которого оседлал. Волк рухнул. Габриэль в два приема проглотил свою добычу и механически вытер рукой кровь с подбородка. Остальные хищники окружили его, держась при этом на почтительном расстоянии, и медленно начали пятиться. Грудная клетка подростка казалась еще более впалой, а ребра стали особенно резко выступать, поднимаясь в такт прерывистому дыханию. Звери застыли, прижав уши. Габриэль облизнулся. Волки отступили. Габриэль кинулся за ними.
– Позови его обратно! – крикнул Венёр Пенни голосом, надрывающимся от ужаса. В ответ девушка только усмехнулась. Жюстиньен повернулся к ней.
