Зара не медля ни секунды подошла к нему и крепко обвила руками шею. Кира почувствовала странный укол в груди, будто ее шибануло током. Аргус без промедления обнял одной рукой рыжеволосую жрицу и протянул вторую ей.
— Нам нужно в ту сторону, — указала Зара на светящийся в небе диск планеты, отливающей медью.
Кира подошла к этой обнявшейся парочке, внутренне злясь на себя, на Зару, на Аргуса, но не успела даже понять, за что именно на кого она досадует, как мир смазался в единое неразличимое пятно.
Они передвигались рывками. Ее мутило, но из-за того, что в желудке было пусто, все заканчивалось только сухими спазмами.
Во время одной из остановок она оглянулась назад. Там, над вершинами деревьев, сияло зарево оранжево-красного цвета.
— Что это? — прошептала Кира.
— В этот раз сезон засухи стал сезоном смерти, — тихо ответила Зара.
— Что произошло?
— Я видела, как ветер несет священную лаву в нашу долину. Раньше он доносил только ее дыхание, жаркое, но не смертоносное. Но в этот раз земля разверзлась, выплеснув свои соки. И они сжигают дотла все, к чему прикасаются, превращают в белый пепел и пыль плодоносные земли и густые леса, высушивают реки и убивают все, чему раньше дали жизнь.
— Значит, твоя деревня погибнет?
— Уже погибла, — ровно произнесла жрица.
— И ты так спокойно об этом говоришь? — ужаснулась Кира.
— Я служила не им, я жрица огня, хранительница священных камней, сосуд жизни.
— Хреновый из тебя вышел сосуд, если все, с кем ты жила бок о бок, с кем разговаривала, разделяла пищу и дни, умерли!
— Мое предназначение не сохранять чьи-то жизни, глупая и наивная девчонка, — Зара прошлась по девушке презрительным взглядом. — Я сама буду давать жизнь тогда, когда огонь отберет ее у других. Я создам новое племя, которое станет почитать наши обряды и традиции, которое будет преклоняться перед землей, на которой живет, и бояться ее гнева. Во мне скрыта великая сила, мне открывается будущее, я знаю прошлое. В то время как ты не можешь принять того, кто ты есть на самом деле, не хочешь увидеть, кем ты можешь стать. Ты его не достойна.
Сначала Кира не поняла, о ком говорит жрица. Зара же выразительно посмотрела на высокого мужчину, чья спина и плечи сейчас подрагивали от размеренных движений. Аргус связывал ветки во что-то наподобие плота или платформы.
Зара оставила свою собеседницу. Ее больше не интересовала эта пустышка. Она искренне презирала Киру. По ее мнению, существо, которое отказывается от своей сущности, достойно гибели. Если бы зубры жалели своих жертв, они не стали бы самыми сильными и могущественными животными в их лесах, если бы цветы перестали использовать свой яд, а только радовали глаз пышным цветением, их уничтожили бы голодные поедатели травы. Каждый должен использовать свою силу, дарованную Богами, чтобы выжить, чтобы продолжить свой род, оставить взамен себя таких же или еще более сильных особей.
Зара подошла к Аргусу.
— Насколько бурным будет течение? — поинтересовался он, не отрываясь от своего занятия.
— Очень.
— Плот выдержит вас?
— Если сделать еще один слой из веток.
— Хорошо. Куда нам нужно направляться?
— Я скажу тебе это только тогда, когда ты возьмешь меня в свои крепкие, сильные руки.
Аргус посмотрел на женщину так, будто она сошла с ума. Но она была серьезна, как никогда. Красивая, решительная, ее нескрываемый интерес к нему его нисколько не беспокоил. В другие времена она разделила бы с ним постель, в другие времена он не задумался бы о том, что одна хрупкая блондинка станет переживать по этому поводу.
Но сейчас все вышло так, что стоит ему закрыть глаза, как он видит рассыпавшиеся длинные волосы, отливающие серебром, слышит гортанные крики только одной женщины. И его кровь, его тело, его разум требуют лишь ее, ее одну.
— Ты не интересуешь меня.
— Неужели?
— Абсолютно.
— И ты бы не хотел узнать, каково это, быть с женщиной, подобной мне? С женщиной, похожей на огонь?
— Нет, — Аргус опять начал связывать концы толстых ветвей веревкой.
Зара начинала злиться.
— Я чувствую твое желание. Судя по тому, что мне вчера сказали звезды, оно так и осталось неутоленным. А я смогла бы справиться с таким мужчиной, как ты.
— Я же сказал, меня не интересует.
— Это мое следующее условие. Ты берешь меня до тех пор, пока я не зачну в своем чреве, или оставайся здесь со своей глупой спутницей, страдай, надейся, как последний дурак, на ее расположение …
Он прервал ее, схватив за горло. Зара захрипела. Она заговорил тихим, но жутким голосом.
— Чтобы ты знала, я всегда сам решаю, кого мне тр*хнуть, и не подчиняюсь ни мольбам, ни уговорам, ни угрозам. Мне плевать на тебя и твои желания. Я сделал тебе одолжение, вытащив из того пекла, где ты сейчас жарилась бы, взывая к своим Богам. Теперь ты должна выполнить свою часть договора. Если нет — то ты больше мне не нужна.
— Ты совершаешь ошибку, — проскрежетала Зара, вращая безумными глазами. — Ты мог бы получить от меня все, а взамен дал бы нового вождя или новую жрицу.
— Пошла ты! — грубо оттолкнув Зару, Аргус повернулся к Кире.
