– Ты заговоришь очень скоро, – сказал он, – и будешь еще сожалеть, что не открыл рот раньше. Но сначала посмотрим, – может, у твоего приятеля язык развяжется побыстрее, чем у тебя, упрямца.
Зубы Гурги громко застучали. Он вжал голову в лохматые плечи и замер.
– Ты что, решил поиграть в черепаху? – грубо захохотал Дорат. Он запустил пальцы в волосы Гурги и рванул его голову вверх. – О, понятно, почему ты прячешь лицо! Не видывал ничего более отвратительного!
Внезапно Дорат умолк и, прищурившись, вгляделся внимательнее.
– Такое уродство не легко забыть. Эй, да мы старые знакомцы, приятель! Снова пожаловал ко мне в гости? Когда мы последний раз виделись, ты был товарищем свинопаса. – Он искоса взглянул на Эйлонви. – Но это не скотник.
Дорат схватил Эйлонви за лицо и стал грубо вертеть ее перед костром.
– Безбородый мальчишка… – Вдруг он удивленно фыркнул. – Вот тебе на! Совсем ты и не мальчишка! Девушка!
Эйлонви не могла больше сдерживаться:
– Да, девушка! Я Эйлонви, дочь Ангарад, дочери Регаты, принцесса из Дома Ллира. Мне не нравится быть связанной; я не люблю, когда меня бьют, и терпеть не могу, когда меня хватают руками! Буду благодарна, если ты немедленно это все прекратишь! – Она изловчилась и, несмотря на тугие путы, сильно лягнула разбойника.
Дорат засмеялся и отошел на шаг.
– Теперь я вспоминаю, что лорд Свинопас как-то говорил о тебе. – Он насмешливо поклонился. – Добро пожаловать, принцесса Злюка! Ты гораздо лучший приз для меня, чем просто выкуп! У Дората с твоим скотником давние счеты. И ты мне доставишь удовольствие их уладить!
– Я доставлю тебе удовольствие освободить меня и Гурги, – крикнула Эйлонви. – И я немедленно получу назад свой шар!
Лицо Дората побагровело.
– Я освобожу тебя через некоторое время, моя хорошенькая принцесса, – процедил он сквозь зубы, – но ты уже не будешь такой хорошенькой. Вот тогда ты будешь уже подходящей компанией для скотников и свинопасов. Возможно, твой приятель и узнает твою красоту, вернее, то, что от нее останется!
– А ты подумал, что останется от тебя после встречи с Тареном? – спросила Эйлонви.
До сих пор она сохраняла хладнокровие, но теперь, читая мысли Дората в его холодных глазах, впервые по-настоящему испугалась.
– Лорд Свинопас и я сведем наши счеты, когда придет время, – ответил Дорат. Усмехаясь, он склонился над ней. – Но твое время пришло.
Крепко связанный Гурги дико рвался и дергался.
– Не обижай мудрую и добрую принцессу! – верещал он. – О, Гурги заставит тебя заплатить за все твое вредное зло!
Он подкатился к Дорату и попытался укусить его за ногу.
Дорат с проклятиями выхватил меч и занес над Гурги. Эйлонви пронзительно закричала.
Но прежде чем разбойник успел нанести удар, из-за нависающей скалы вылетела длинная серая тень. Дорат сдавленно вскрикнул, уронил меч и опрокинулся на спину. Громадная тень, навалившаяся на него, яростно ворчала и рвала его горло. Остальные разбойники отскочили от костра и заорали от ужаса. Серые тени мелькали повсюду. Тщетно пытались разбойники спастись бегством. Поджарые сильные тени кидались на них, валили на спину, скалили острые клыки.
Гурги вопил не переставая:
– Помогите, о, помогите! О, злые духи пришли нас всех убить!
Эйлонви попыталась встать на ноги. Она чувствовала, как кто-то сзади грызет связывающие ее веревки. Еще через мгновение руки ее были свободны. Она сделала шаг и едва не упала: ноги были связаны. Но серая тень уже распласталась на земле и чуть ли не единым рывком разорвала тугие путы. Перед Эйлонви лежало неподвижное тело Дората. Она быстро опустилась на колени и вытащила свой шар из овечьей куртки разбойника. В ее сложенных чашечкой ладонях золотой шар замерцал и осветил огромного волка у ее ног. Около костра она увидела и других волков, быстро и бесшумно ускользающих во тьму, туда, откуда они так неожиданно явились. Они исчезали в темноте, где царила тишина. Эйлонви содрогнулась и отвела взгляд. Волки хорошо сделали свою работу.
Гурги освободила серая волчица с белым пятном на груди. Обрадованный чудесным избавлением, Гурги тем не менее опасливо косился на свою избавительницу. Волчица Бриаваэль моргала желтыми глазами и словно бы улыбалась ему, и все же Гурги решил держаться от нее подальше.
Однако Эйлонви не чувствовала ни страха, ни беспокойства. Волк Бринах сидел рядом, внимательно за ней наблюдая. Эйлонви положила ладонь на шерстистую и мускулистую шею зверя.
– Я надеюсь, вы догадываетесь, как мы вам благодарны, – сказала она. – Впрочем, не уверена, что вы меня понимаете. Всего раз в жизни я встречалась с волками, и было это в долине Медвина.
При этих словах Бринах завыл и по-собачьи завилял хвостом.
– Ага, это тебе понятно, – обрадовалась Эйлонви. – Медвин… Там было два волка, – она вдруг захлопала в ладоши, – ну да! Я не утверждаю, что могу отличить одного волка от другого с первого взгляда. Но что-то в вас напоминает мне… В любом случае, даже если это не вы, мы очень рады встрече с вами. Мы признательны вам, а теперь нам пора в дорогу. Хотя я не знаю, какая дорога наша, если ты понимаешь, о чем я.
