Под несмолкаемые свисты:
«— Давай, потряси задницей, киса! — крики из толпы.
Свист. Вопли вожделения.
— Да-а, смелей! О-о-о-о! У-у-у-у-у!»- разворачиваюсь к сцене.
Видимо, нет. Это происходит реально.
Профессионально подает себя, как шлюшка.
Мне кажется, слышу ее прерывистое дыхание.
И если не будет кульминации, кончу как школьник, и не только я.
Резкий поворот головы, вместе с волосами. Падает на пол, ползет дикой кошкой к пилону.
Плутовка, смотрит на меня, будто задавая мне вопрос: «Хочешь дальше увидеть?» Улыбается.
Как псих, мысленно отвечаю: «Да, продолжай, двигайся, не останавливайся».
Расстегиваю пару пуговиц на джинсах, кислорода мало.
Облизывает пилон. Мой мозг взрывается, когда другая танцовщица начинает имитировать секс, наматывая волосы Аксиньи на руку.
Все заканчивается поцелуем, после которого начали шататься стены. Во рту пересыхает, наполняется ртутью кровь.
«Бля, я че, ревную к танцовщице?!» Уму непостижимо!
Нервы на пределе, сдерживаю свой барьер. Желание — вытащить Акси за патлы, наказать ремнем по обнаженному заду. А потом целовать этот приключенческий зад.
Но опять теряю ее из вида! Что за вечер!
Ияр
Одержимость не поддается контролю, дрессировке, и сдерживать ее — не в моих силах.
Черное пятно желания не уходит, а, разливаясь, становится больше.
Чем сильнее хочу быть дальше, тем чаще возвращаюсь в исходную точку.
Она…
Опять она…
Везде она…
Это как бежать на месте от самого себя, стирая ступни в кровь.
***
— Бэйб! Хочу тебя, сейчас, — голос Марии приводит в чувство.
Запускает руку в ширинку, массирует каменный стояк.
Шепчет на ухо пошлости, покрывая мою скулу поцелуями, двигаясь к губам.
— Я тебя люблю, люблю, люблю…
Оттягиваю от себя.
Всматриваюсь в идеальное лицо, что мне еще надо? Вот девочка, готовая на все, и, если я прикажу, по щелчку лаять будет. Идеальна во всем, и только одна причина, по которой падает предательски мой член, налитый кровью, — она не та…
Мозг не может переварить стоны под фейковые толчки сзади от партнерши, посасывающей средний палец.
Иду в сторону столика, хочется напиться и ни о чем не думать, теряю себя, слишком много думаю о девчонке.
— Ияр! Ты не можешь так со мной поступать! Звать и вышвыривать, когда тебе вздумается. В чем дело?
— Я вправе делать что хочу! — вытаскиваю пару сотен, кидаю на стол. — Тебе лучше уехать, поговорим позже.
— Ияр! Ты… ты просто свинья! Выставляешь меня дурой. Ты… ты…
— Не устраивай истерики! Давай, топай в гостиницу, чуть позже подъеду, — цежу сквозь зубы.
За ее спиной происходит то, что заставляет проснуться липкий страх.
По винтовой лестнице, в сопровождении головорезов, шагает наверх садист, торгующий наркотой, оружием и живым товаром. И в руках у него обмякшее тело Акси. Свисающие руки, запрокинутая голова с золотым ошейником на шее свидетельствуют о том, что она в отключке.
— М-м-м… — рычу.
Все-таки вляпалась. Глупая девчонка!
— Ияр? Э-эй, — щелкает около лица. Ты вообще слышишь, что я тебе говорю? У нас рейтинг, посмотри! — тычет мне в лицо экраном телефона. — За месяц нашего воссоединения мы стали самой красивой парой. А ты так просто меня вышвыриваешь. Я люблю тебя. Не бросай меня! Хочешь, встану на колени!
— Поднимись! У нас с тобой все по договоренности! Я тебя трахаю, а ты избавляешь меня от назойливых невест и получаешь славу и бабло. Все честно. А теперь уйди.
Даю своим ребятам сигнал «За мной».
Придется отложить переговоры с арабами навсегда.
Ияр
Вальяжной походкой следую по слабоосвещенному коридору.
Полумрак кратковременно рассеивают мигающие лампы. Ощущение, что идешь по незаканчивающемуся туннелю.
Стены хаотично усыпаны кусками разбитых зеркал, что создает дополнительное давление.
Еле слышные стоны и крики прорываются из-за закрытых дверей, но не могу понять откуда.
Напрягаю слух, припадаю к каждой двери.
«Нет, она не здесь! Куда же ты ее унес, ублюдок?»
Напряжение скручивает мышцы, страх не оставляет. За ту, которую хочется придушить собственными руками.
«А вдруг их тут нет? Может, вышли через задний ход и я опоздал?»
Последний поворот, моя мишень передо мной — ВИП-комната, около которой столпился десяток амбалов. Заметив меня, выстраиваются в шеренгу, пугая пушками с глушителями.
— Господин Ияр, их больше, и нам приказ вас защищать.
— Разве нас это когда-то останавливало? В данный момент я ваш главный приказ.
Шагаю, закатываю рукава, анализируя варианты будущего. Вооружены до зубов арабчата, бугаи все как на подбор, а я — псих с сервировочным ножом в кармане.
— Стоп! Мэн! — выкрикивает самый бородатый.
Еще несколько сантиметров, и столкнемся лбами. При хорошем раскладе смогу вырубить троих, при плохом — нас разрешетят как сито за минуту. Эти фанатики не любят разговоров.
«Ох! Акси, горе-женщина, ответишь мне за это».
— Стоп! — направляет на меня пушку.
Подхожу вплотную.
— Простите, мне нужно пройти во-о-он туда!
— Стоп, мэн! Понимаешь?
Рыпаюсь вперед, получаю удар прикладом такой силы, что врезаюсь в зеркальную стену.
«Ничего, ради виляющего зада и это потерплю».
