— Но правда на тот момент тут от того, что было при Бате мало что осталось, смотреть действительно не на что было. Сруб почти убитый, домики, стройка — всё в заднице. Батю когда положили, воронья налетело, знаешь сколько! Разодрали всё, что было, подчистую! Всё! Бизнес, собственность, ценные бумаги... Вообще ничего не осталось, как и не было. И эта территория тоже гуляла, гуляла по рукам, потом осела у москаля какого-то, а ему недосуг. Ну и сама понимаешь... Вроде и чьё-то, и в то же время — бесхозное. Разворовали, провода поснимали, металл посрезали... Даже странно, что баня сохранилась. Лёхе, кстати, эту базу подарили, он рассказывал? Серьёзно, не рассказал? Вот скромник... твою мать. Короче, у москаля этого, прежнего хозяина, брат чуть в пожаре не погиб, а Лёха его на себе выпер, когда уже полная безнадёга была. Правда, сам чуть копыта не отбросил, но откачали. Лечение оплатили и потом, видишь, отблагодарили. Ну а что, я считаю справедливо. Лёха, он же вообще для себя практически и не жил никогда, вот только начал, вроде, когда женился... — замолчал, пытаясь заполнить странную неловкую паузу, ненатурально шмыгнул носом, и вдруг громогласно «вспомнил»: — Кста-а-ати! А он тебе рассказывал, как своего командира в Чечне спас? Нет? Серьёзно? А как пацана с падающей плиты снимал? Тоже нет? Так-та-а-ак... А я не понял, а чем вы тогда занимались-то весь день?
Шуточку с жирным фривольным намёком я проигнорировала, а вот про жену услышала очень даже хорошо...
О-о-ох, и откуда она только взялась, эта ревность? И с какой, спрашивается, стати, да?
Я вздохнула и, бросив последний взгляд на баню, подцепила Макса под руку.
— Пошли обратно. Конюшню хочу посмотреть.
Горько усмехнулась самой себе. Конюшню, как же... На самом деле я просто хотела вернуться на Лёшкину базу, да и то, только потому, что где-то там ходил он сам. Может, в штабе уже? Может, уже ждёт меня?
Тянуло. Чертовски тянуло к нему. Без претензий на обладание — просто увидеть, рядом побыть. Может, прикоснуться невзначай... Такое вот, незапланированное помешательство. Съездила на Родину, называется, успокоила душу, ага...
— Макс, Лёшка возил меня на кладбище... Я тронута. Не знаю, даже, что и сказать. Типа, спасибо, наверное, да? И тебе и Ленке. Сильно это глупо?
Он тиснул одной рукой мои плечи:
— Спаси-и-ибо... Э-эх, сеструха! Моя б воля, я б из тебя сейчас всю душу вытряс!
— В смысле?
— В прямом! Мне вот эта твоя таинственная хрень, сегодня всю ночь сегодня спать не давала. А видела бы ты Ленку! Она мне весь мозг вынесла своими вопросами! И, главное, наезжает так, как будто это я в чём-то виноват!
— Сильно обиделась?
— Да капец! Но ты это... — примирительно погладил по плечу, — в голову только не бери. Она у меня отходчивая. Год, другой, и всё забудет. — Заржал. Я не удержалась, улыбнулась, хотя весело не было. — Но блин, это Ленка! Она реально может годами дуться, я это на своей шкуре испытал. Но у меня столько терпения нету! И если бы не Лёха, я б тебя раскрутил, уж не сомневайся.
— Он-то тут причём?
— А вот при том. Говорит, буду к тебе в душу лезть, яйца мне открутит. А он может. И я что-то как-то сэкономлюсь, пожалуй.
Дошли до конюшни, прошлись по ряду между денниками. Ну лошади, да. Классные. Фыркают. Одни тянут головы в надежде на угощение, другие наоборот, шугаются незнакомого человека. В конюшне нам встретилась девушка. Улыбчивая такая, симпатичная.
Она, делая вид, что не замечает меня, перекинулась с Максом парочкой дежурных фраз и пошла дальше по своим делам. Я украдкой обернулась ей вслед и, как в дешёвой комедии, столкнулась с таким же вороватым, изучающим взглядом в свой адрес.
— Макс, это кто?
— А, это Ольга. Она тут у Лёшки тренером по верховой работает. Ну и за коняками, бывает, приглядывает. Толковая девчонка, мастер конного спорта международного класса, между прочим.
Я ещё раз обернулась. Года двадцать три, наверное. Узкие кожаные брючки, сапоги с высокими, плотно облегающими ноги голенищами. Коротенькая курточка. Молодая, стройная, красивая. Дерзкая. Свежая. Внутренности скрутило от жгучего приступа ревности.
Так, стоп. Это уже прям не смешно! Это... Ненормально!
Остановились возле очередного стойла.
— Какой, а? — восхищённо крякнул Макс. — Орловский. Я пока его не увидал, думал, кони в яблоках, это фигура речи, а он реально как будто в яблоках! Пятна такие, знаешь... Красавец! Как тебе?
Я задумчиво кивнула. Настроения больше не было. Вообще.
Оля, блин. Оля! Как будто других имён не бывает! И, главное, Олеся меня так не цепляла... наверное, потому что всего лишь жена, да?
Я нервно прошлась вперёд-назад, злясь на саму себя. Нафиг, нафиг мне это... опять? Женатый мужик, сотрудница Оля... Только теперь она моложе и аппетитнее меня. Остановилась. Это глупо. К чёрту это всё. Как будто у меня нет тем поважнее, чем ревновать чужого мужа. Прислонилась спиной к простенку.
— Макс, а расскажи мне всё? Вот прям всё.
Он, мигом посерьёзнев, посмотрел на меня. Сразу понял о чём я. А может, даже, ждал, пока спрошу.
