— Классно! Это было бы просто отпадно! — воодушевлённо воскликнул Алекс и тут же осёкся. Пмолчал. — Мам... А мы можем не говорить Нику о том, что я вообще был на тех сборах, или собираюсь снова?
— Почему? — после удивлённой паузы, спросила я. И самое интересное, что удивилась я не само́й просьбе сына, а тому, насколько точно он озвучил мои собственные мысли.
— Ну, как тебе сказать... Мне кажется, он не поймёт. Опять будет орать на тебя и говорить, что все русские... — Вздохнул. — Ну как обычно, мам! Что, мне обязательно объяснять тебе это?
— Ну не знаю, Алекс... Врать, это тоже...
— Да не надо врать! Можно просто не говорить всей правды. Хочешь, я сам с ним разберусь? По-мужски.
— Это как? — невольно улыбнулась я. Нет, я решительно не узнавала сына. Было ощущение, что знакомлюсь с ним заново.— Дуэль на шпагах? Или на пистолетах?
— Дипломатия, мам! — фыркнул он. — И вообще, это тебя не касается, это мужской разговор.
— Ого... — я окончательно офигела. — Это вас на курсе что ли учили этому? Какой-нибудь урок мужества провели?
— Можно подумать, я сам бы до этого не дошёл, — возмущённо закатил глаза Алекс. — Ну спасибо за доверие, мам!
— Да брось, сынуль! Конечно, дошёл бы! — примирительно похлопала я его по плечу. — Ты у меня вообще... Настоящий мужчина! Ну правда, чего ты фыркаешь! Для твоих лет, ты очень даже взрослый и самостоятельный, я реально горжусь тобой! Просто ты не забывай, что и Николос тебе не враг. Он так много сделал для нас с тобой, что заслуживает и уважения, и доверия. Согласен?
— А ты мам? — упрямо поджал Алекс губы. — Ты не заслуживаешь уважения?
И я снова не нашлась, что ответить. Некоторое время ехали молча, а потом я не выдержала:
— А всё-таки, Алекс? Что произошло? Я тебя реально не узнаю. И у меня такое ощущение, что у меня появился защитник. Серьёзно! Это очень приятно, сынок. Спасибо! Но всё-таки Николос ни мне, ни тебе не враг. Он очень хороший человек, пусть и со своими слабостями и недостатками, но это всё перекрывается его хорошими сторонами. И я тебя очень прошу, Алекс, не забывай об этом, ладно?
— Ладно, — снисходительно согласился он. — Только пусть не орёт на тебя больше. Я, между прочим, тоже русский, и получается, что мы с тобой в большинстве, так что...
Мы подъехали к дому около девяти вечера. Я припарковалась радом с машиной Ника, машинально, как сотни и даже тысячи раз до этого, отметила про себя, что сам он в кабинете, там, где сейчас, единственно во всём доме, горит свет. Дожидаясь, пока Алекс заберёт из багажника чемоданы, сунула руки в карманы, глубоко вдохнула влажный, но тёплый морской ветер. Удивлённо качнула головой своим мыслям...
Здесь всё было настолько привычным и настолько «своим»! Уютно светилась иллюминация на фасаде — стильно, выверено вплоть до угла наклона каждой линии светового шнура, ведь всё это делалось по моему предварительному эскизу. Я ведь даже оттенок светодиодов подбирала под цвет штукатурки! Столько души в это всё вложила, столько вежливой похвалы от соседей получила. Вспомнились и сомнения, и переживания, и радость от того, что всё получилось именно так, как я задумывала. А ещё то, как по началу, каждый раз подъезжая к дому, я некоторое время сидела в машине и любовалась его красотой. Вот и сейчас смотрела и понимала — родной дом. Вот как ни крути — родной! И я действительно соскучилась по нему. По его тишине и безопасности, по понятности бытия в нём, по уровню комфорта...
Но заходить в него сейчас остро не хотелось.
Николос встретил нас в коридоре. Ну как встретил — он в этот момент разговаривал по телефону, и на наше с Алексом появление только поднял вверх указательный палец, призывая к тишине. Насколько я могла понять из обрывков его речи — происходили какие-то нелады с морской контейнерной доставкой, за которую Ник требовал отчёта у сотрудника на том конце диалога. Во внеурочное-то время! Видно дело серьёзное... Но меня, если честно, это не озаботило. А скорее даже порадовало, то, что отвлечённость мужа дала мне право опустить официальную часть с объятиями и поцелуями.
Скользнула мимо него в гостиную, а оттуда в туалет. Заперлась, набрала Лёшкин номер. Абонент недоступен. Попробовала ещё пару раз, но без толку. Смутно кольнуло тревогой, но всё что мне оставалось — отправить ему сообщение, что мы добрались и у нас всё нормально.
Когда вернулась в гостиную, Николос уже освободился. А ещё, в честь нашего с Алексом возвращения он, оказывается, заказал доставку ужина из ресторана и даже накрыл на стол. Я тут же с готовностью кинулась разогревать, подавать, комментировать каждое своё действие глупыми, наигранно-беззаботными репликами, а в это время всё мои мысли были прикованы к лежащему в сумочке телефону.
Получил Лёшка сообщение, или нет? Ответил ли уже?
