Линкольн выглянул в окно над раковиной и посмотрел во двор.
– А насколько трудно попасть в здание?
– Не очень просто, посторонних сюда не пускают.
– Я имею в виду, снять квартиру.
– А что, ты ищешь жилье?
– Я… ну… – Он и правда искал квартиру?
Нет.
Но если бы действительно хотел… Именно такое место пришлось бы ему по душе.
– Если ты не против, можем поговорить с Нейтом, управляющим. Он хороший парень, алкоголик в завязке. Если забудет починить унитаз, заплатит тебе компенсацию.
– Да, – согласился Линкольн. – Давайте с ним встретимся. – Он приподнял запакованный буфет, послышался звук лопающихся пузырьков.
– Придерживай коленом, – посоветовала Дорис.
Нейт ответил, что квартирой интересовались, но так как никто пока не заплатил депозит, недвижимость свободна. Линкольн не захватил чековую книжку, но Дорис одолжила свою.
– Уверена, тебе тут понравится, – сообщила она.
Нейт взял ключ Дорис и передал Линкольну.
– Самый короткий рабочий день в моей жизни, – обрадовался Нейт напоследок.
Линкольн и Дорис отправились к ее новому дому – современной многоэтажной башне.
Линкольн перенес буфет куда надо, познакомился с сестрой и восхитился кухней из искусственного камня.
Затем Дорис угостила Линкольна кексом и показала старые фотографии, запечатлевшие ее вместе с Полом в компании бассет-хаундов.
– Мальчик мой, просто чудесно, – сказала Дорис, когда проводила Линкольна до машины. – Мы будто сохранили семейное гнездо. Надо бы представить тебя соседям.
После того как они распрощались, Линкольн вернулся обратно к четырехэтажному дому, поднялся на третий этаж и открыл дверь в квартиру. В свою квартиру.
Он прошелся по каждой комнате и как следует все рассмотрел. Каждую трещинку. В спальне оборудовали уголок для отдыха возле окна: на широкий подоконник положили сиденье, которое он раньше не заметил, а лампы свисали со стен, словно каллы.
Высокие окна в гостиной обрамляли дубовые рамы, а у входа имелся небольшой плиточный квадрат с надписью «Добро пожаловать» на немецком.
Необходимо было купить диван. Стол. И полотенца.
И обязательно рассказать обо всем маме.
От: Бет Фримонт
Кому: Дженнифер Скрибнер-Снайдер
Отправлено: Пн., 24.01.2000, 11:26
Тема: Ты видела Аманду?
Серьезно, встречала ее сегодня?
<<Дженнифер – Бет>> Кстати, я должна угостить ее ужином.
<<Бет – Дженнифер>> Как она может ходить по отделу новостей и смотреть людям в глаза, когда практически обнажена по пояс?
<<Дженнифер – Бет>> В такой блузке я бы даже не смогла разговаривать по телефону.
<<Бет – Дженнифер>> Я привыкла, что она предпочитает рубашки с глубоким вырезом (или отказывается застегивать нужные пуговицы), но, серьезно, никогда не видела, чтобы женщина так откровенно демонстрировала грудь. Ну, может, только в начальной школе, в раздевалке…
<<Дженнифер – Бет>> Если бы моя мать увидела такое, обязательно предложила бы Аманде свитер.
Если бы та ответила «нет», мама сообщила бы ей, что случилось с ветхозаветной царицей Иезавелью.
<<Бет – Дженнифер>> А что с ней произошло?
<<Дженнифер – Бет>> Набожные слуги вытолкнули ее из окна за распущенность и язычество.
Несколько недель назад Аманда пыталась поговорить со мной – на ней был свитер-кардиган, а под ним – ничего. Она начала придираться к заголовку, и я специально сняла очки.
Потому что без очков могу смотреть и на собственную грудь без тени смущения.
<<Бет – Дженнифер>> Не знаю, на что она намекает, заявляясь сюда в таком виде.
<<Дженнифер – Бет>> Думаю, что-то типа: «Полюбуйтесь на меня».
<<Бет – Дженнифер>> Ну да, но смысл?
<<Дженнифер – Бет>> Когда люди пялятся на грудь Аманды, они не читают ее скучные заголовки.
<<Бет – Дженнифер>> Хе-хе.
<<Дженнифер – Бет>> Что еще за «хе-хе»?
<<Бет – Дженнифер>> То же самое что «ха-ха», но злее. Мне надо работать.
<<Дженнифер – Бет>> И еще одно: отчасти я очень признательна, что ты не спрашиваешь у меня, как я.
<<Бет – Дженнифер>> Как ты по поводу чего?
<<Дженнифер – Бет>> Все, спасибо.
Неужели?
А вот и они.
Вернулись.
Вместо того чтобы пойти домой, Линкольн отправился в свою новую квартиру.
Он решил: мама не будет беспокоиться, она не станет ждать его в понедельник. Он всегда мог сказать, что переночевал у Джастина, если вообще возникнет необходимость объясняться.
Линкольн притащил старый спальный мешок, который хранил в багажнике (от ткани пахло спортивной одеждой и выхлопными газами), и попытался заснуть на полу в своей новой гостиной. Несмотря на то, что было поздно, он слышал, как наверху ходят люди. Где-то работало радио. Может, в квартире под ним или через холл. Чем сильнее Линкольн прислушивался к музыке, тем ближе она казалась, и постепенно он смог разобрать каждую песню – все старые хиты пятидесятых и шестидесятых, медленные танцевальные мелодии и темы выпускного бала.
«Пойдем, пойдем со мной»…[131]
«(Она) нечто чудесное»…[132]
«В тишине ночи»…[133]
Но Линкольн старался не слушать. Пытался не думать.
Почему Бет и Дженнифер снова стали переписываться? Что это значит?
«Вероятно, ничего, – предположил он. – Скорее всего, они просто молчали последние несколько недель».
