— Я только, что получила весть от Го Луна — проговорила Дандан. — Мао готовится. Род Лун придет забрать последнюю нашу плантацию, — сжала она кулаки.
— Не беспокойся, — успокаивающе произнес дед.
— Я говорила с наемниками, — не услышала его внучка и продолжила тараторить, теребя полы одежды. — Они заламывают цену. Да и какой в этом смысл. Противники просто подождут, пока у нас не останется ни копейки, и проливающие кровь за деньги уйдут. Только если самим нападать, но у нас не хватит ресурсов на длительное противостояние, и это только всё усугубит.
— Всё будет хорошо, — понимающе проговорил Лао.
— У нас нет выбора. Либо умереть, либо выполнить требования этих гиен. Или можно отринуть твою гордость и всё же попросить помощи там, — она ткнула пальцем в небо. — Люди клана Лун ведь могут прийти уже сегодня ночью! — прошипела девушка.
— Я знаю, мне уже сообщили, не только у тебя есть уши в чужом доме, — словно ребенку проговорил мужчина. — И, если ты обратила внимание, я уже подготовился. У нас дома четыре одаренных. Сильных одаренных. Одна из них наследница рода Чон. Представь, какая сила у островитянок! Ты, да я, плюс слуги. Уже крепкий отрядик получается. Ха-ха, — потряс он сухим кулаком.
— Дедушка, — только и проговорила Дандан, не найдя других слов.
Когда внучка вернулась, старик представил её нам по всем правилам.
— Это радость глаз моих, моя внучка Дандан.
Молодая, около двадцати. Небольшого роста. Очень красивое лицо. Черные волосы, при этом кончики, именно с торца и, может, еще миллиметр по краю, будто бы посеребрённые сединой и даже поблескивают.
У табурщиков иногда бывает, что радужка глаз необычного цвета или вот, цвет волос странных оттенков. Но такое все же вижу впервые.
— Поухаживаешь за нами? — предложил ей дед.
— Конечно, — улыбнулась она.
Я наблюдал.
Дандан вела чайную церемонию совсем иначе. Движения были быстры, причем настолько, что иногда казалось, что посуда выпадет из щипцов или рук и разобьется. Это превращало процесс в действие с элементами саспенса. Очень необычное зрелище. Впрочем, только для чайных извращенцев вроде меня, ну и Джи-А, мы с ней все время переглядывались, Доджону вообще пофиг, Тао больше на девчонку засматривался. И я его понимаю.
Когда Дандан разлила первую партию, я не сдержался и тихо похлопал.
— Впечатляет.
В ответ она издала странный звук, то ли фыркнула, то ли буркнула «спасибо» на китайском.
— Кстати, моя помощница сказала, что Юи братский императорскому род. Наверное, многие так думаю. Нет ли из-за этого проблем?
Вэй Бэй почему-то усмехнулась. Дандан возмущенно нахмурилась, а Лао захохотал.
— То есть вы и правда выбрали меня за чай.
— Разумеется, — не понял я, в чем дело.
— Мы действительно братский императорскому род, — сказал он, наблюдая за реакцией.
— Погодите, а как так вышло… или это всё специально, показная скромность. Простите, если дела клана, я пойму.
— Ничего-ничего, — придержал старик за руку внучку, что порывалась сказать что-то резкое. — У нас эту историю все знают. Вам простительна неосведомленность.
А вот и нет. Мой просчет. Я ведь, и правда, нихрена не подготовился. А были возможности. Мог бы хоть в полете почитать краткую выжимку. Ну что мне стоило Мальту озадачить?
— Когда-то нам принадлежало шесть великих чайных гор, — продолжал меж тем старик. — Теперь осталась только эта плантация. Да и её скоро отберут. Раньше и помыслить не могли глянуть в нашу сторону. Но потом случился сговор. Шесть кланов объединились и нанесли удар одновременно. Мы просто не смогли тягаться с таким количеством.
— Но как же император? — удивился я.
— Император… — вздохнул старик. — На него давили. И у него был конфликт с моим сыном. Но родство родов обычно выше таких мелочей. Но он не вмешался. Причин тому множество.
— Он видел в вас угрозу, — сказала Вэй Бэй.
— Возможно, — не стал спорить Лао. — Мы отвоевали гору Юлэ.
— Цзино, дедушка. Она уже давно зовется Дзино.
— Да, конечно. Вернули гору, но наследник погиб. Нас начали рвать на куски, и тогда уже владыка погрозил пальцем. Нас вытеснили. И год за годом потихоньку выдавливали отовсюду. Брат предлагал помощь, но гордость не позволила принять её. Я винил его в смерти сына, а потом уже стало поздно. Он и сам мог взбрыкнуть, а позориться не хотелось.
— Теперь вы декоративный клан, не представляющий угрозу его правлению, — добавила госпожа Бэй. — По-прежнему гордость нации. Её культурный символ. Но совершенно беззубый и неопасный.
— Всё так, — покивал старик. — Как бы больно это ни было. И когда нас окончательно раздавят, не останется иного выбора, как перебраться во дворец под защиту брата, возиться на его плантациях, ведь без работы с чаем мы погибнем, как куст без влаги.
— То есть у вас есть лишь одна плантация сейчас? — уточнил я.
— Еще небольшой чайный завод. Разумеется, фабрика по производству посуды.
— Конечно, керамика из Чаочжоу, — оживился я. — Ваш бренд?
— Теперь уже не только, — сказала Дандан. — Но мы по-прежнему лучшие.
