— Когда подойдут, — разговариваю я, — напомнила командирша. — Хенк демонстрирует уверенность. Жо, Сиге и Вини-Пух — не высовываются. А где Голозадый?
— Кажется, вниз уполз, — доложил Вини-Пух.
— Ну, туда ему и дорога. Визгу меньше будет.
Жо, знавший наставницу не первый год, всё-таки поразился, как буднично звучал её голос. А ведь Кэт отлично понимает, что путешествие окончено. Эх, были бы на суше, — этих задрипанных пиратов, отступая и заманивая в засады, в два дня на котлеты бы извели. А здесь, — ни манёвра, ни хитрости. Тридцать шагов по палубе, — вот и всё что тебе отведено.
Жо в последний раз оглядел своё хозяйство: копья, топор, с собственноручно вырезанным и отполированным топорищем, нож и морской тесак-шеун, тяжёлый щит. Рядом поджидали и тщательно отобранные одноглазым артиллеристом стрелы-карро. Вдруг удастся эвфитон в полной мере использовать? Хотя медленное орудие, что ни говори. Не пулемёт. Недаром Квазимодо поближе пристроил взведённый арбалет. Сколько жизней унесём, пока такая знакомая палуба в лицо не ударит?
Драккары приближались. Уверенные в себе, предвкушающие расправу хищники.
Катрин повернулась к двери рубки:
— Сиге, там тебя Голозадый сопельками не заразил? Ты у штурвала?
— Раб мимо пролетел, только пахнуло вонюче, — обстоятельно объяснил селк. — Я не предупредив, не уйду, миледи.
— Отлично, — Катрин посмотрела на свою ногу в лёгком башмаке, поморщилась. — Сапоги я себе так и не завела. Чучундра ленивая.
* * *
Драккары подошли ближе. Очевидно, островитян озадачила неподвижность странного судна, замершего в тени скалы.
Присев, Жо вглядывался в приближающиеся корабли.
Первым шёл меньший драккар: почерневшие от времени доски обшивки, высокий нос украшенный «воротником» из облезлой овечьей шкуры, вылинявшие щиты неровно висят на бортах. Тёмные весла неторопливо погружались в воду. На мачте лениво колыхался длинный черно-красный вымпел. На носу дракара стояло трое пиратов, наблюдающих за неподвижным «Квадро».
Следом за «Овечьим хвостом» шёл «Серебро». Этот драккар отличался вытянутыми, с виду более стремительными, обводами корпуса.
Брать странный корабль на абордаж с ходу островитяне явно не собирались.
Весла опустились в воду, тормозя лёгкий бег драккара, — «Овечий хвост» медленно скользил уже в десяти метрах от катамарана.
— Эй, утопленница, — крикнул рослый бородач, стоящий на носу «Овечьего хвоста», — вижу, решила меня дождаться?
— Надумала попрощаться, — насмешливо крикнула Катрин. — Ты, Пайл, хоть лорд и не из великих, но всё же числишься хозяйчиком здешних отмелей. Но уж очень долго вы шли. Заждались мы.
— Что же вы затаились как крабы-трупоеды?
Катрин фыркнула:
— Мы здесь долго болтаемся. Кто же знал что вы вовсе старухи слепые? Или вас свистом, как шелудивых собак подзывать нужно?
Лорд Пайл насмешливо кивнул и продолжил ощупывать цепким взглядом палубу двухкорпусного корабля, оценивать оснастку, стеклянные иллюминаторы, крепкую, закованную в странные латы, фигуру Хенка. По Квазимодо взгляд предводителя пиратов скользнул не задерживаясь и снова вернулся к молодой женщине, впился в красивое яркое лицо беглянки.
— Ты оказалась глупее, чем я думал. Или лишь преданно выполняла приказы своего хозяина? — пират кивнул на неподвижную фигуру в панцире и закрытом шлеме. — Он считал, что на Редро живут глупцы, не ведающие, что творится в их море? Эй, почему твой мужчина молчит? Пусть расскажет, что на вашем Севере делают с пойманными шпионами? Или он со страху язык проглотил?
— Я его упросила дождаться вашего появления, милорд, — Катрин умудрилась произнести «милорд» с такой интонацией, что это показалось прямым издевательством. — Ты нанёс мне оскорбление. Заплати кровью или серебром, и мы уйдём. К островитянам я претензий не имею. Пироги у вас вкусные.
— Оскорбление? Неужто? — лорд Пайл, забавляясь, приподнял бровь. — Значит, вот почему ты нацепила на себя столько оружия? Можешь не снимать. Моим воинам ещё не приходилось валять бабёнку, столь щедро обвешенную железом. Должно быть, им понравится.
— Это им-то? — Катрин ткнула пальцем в бородатые рожи, торчащие над бортом драккара. — Вряд ли. Хилые какие-то. Впрочем, если соберутся полусотней, наверняка у них выйдет получше, чем у тебя. От тебя-то за целую ночь кроме посулов да пердежа ничего не добьёшься. Гребцы посильнее будут, а? Или тоже в грудь себя бьют и о былых мужских подвигах врут бессовестно? Эй, крысы Редро, что ж вы все в постели так хиловаты? Отчего ваши бабы за угрей, что потолще, на рынке втридорога платят? Вот тайна-то островная. Что языки прикусили, импотентная команда?
Гребцы «Овечьего хвоста» ответили тихим угрожающим ропотом. Зато с «Серебра» заорали:
— Нам северянку отдайте! Мы ей напоследок ума набавим. Так что из ушей брызнет.
Лорд Пайл улыбнулся:
