— За десять мешков полную «корону» прошу, — насторожённо сказал возница. — Это на Сумном рынке. На Конном, говорят, «корону» за девять мешков можно выручить.
— Ну, Конный всегда дороже был, — разочарованно протянул Квазимодо. — Не, — лучше к брату съезжу.
— Эй, моряк, хочешь, я тебе воз пригоню? Одиннадцать мешков за «корону» возьмёшь?
— Подумаю. Послезавтра на Сумном будешь?
— А как же! — обрадовано заверил фермер. — Приходи пораньше, а то расторгуюсь.
— Пожалуй, зайду. До двора-то довезёшь? — одноглазый рысцой пустился догонять ушедших вперёд спутников.
— Доставим в лучшем виде, — заорал вслед фермер. — Приходи.
— Учись, — сказала Жо наставница. — Теперь колхозник два дня будет ждать, об удачной сделке мечтать, а не думать, откуда на прибрежной дороге трое подозрительных бродяг взялись.
— Картофель нам бы тоже пригодился, — заметил, отдуваясь, Квазимодо. — Только на «Квадро» мешки разве что ночью перегрузить можно.
— Картофель? Нужен нам картофель? — мрачно переспросила предводительница.
Дальше пошли молча. Жо думал, о том, что будет, если кроме дешёвого картофеля, в Глоре больше ничего не удастся отыскать.
— Ещё кто-то тащится, — сказала Катрин. — Прямо демонстрация какая-то, после нашего-то пустынного моря.
— Рыбак, — заметил Жо.
Невысокий человечек двигался не по дороге, — шагал в отдалении, вдоль обрыва над морем. Чуть заметно прихрамывал. За плечами человечка висел мешок, из которого торчало короткое удилище. Заметив людей на дороге, рыбак остановился и принялся разглядывать путешественников.
— Блин, какие все бдительные, — проворчала Катрин. — Пошли. Или мы и у него черноперку торговать будем?
Разведчики зашагали по дороге, только Ква остался торчать столбом. Жо обернулся, — на лице шкипера отразилось величайшее изумление.
— Знакомый, что ли? — удивилась Катрин.
Рыбак у обрыва поднёс пальцы ко рту и над морем разнёсся разбойничий переливчатый свист.
— Ай, сейчас сдохну! — взвизгнул Квазимодо и рванул к незнакомцу.
— Друг детства, наверно, — озадаченно предположил Жо, наблюдая как шкипер, путаясь в жёсткой траве, несётся к рыбаку.
— Пошли к ним, — сказала Катрин. — Боюсь, если так и дальше пойдёт, до города мы и засветло не доберёмся.
Незнакомец, невысокий, белобрысый, и Квазимодо, радостно лупили друг друга по плечам и счастливо хохотали. Светловолосый парень оказался примерно одного возраста с одноглазым шкипером, худощавое лицо глорца выглядело простоватым, но чем-то приковывало внимание.
— Ква, я вас через день сюда сторожить хожу! Леди Блоод уверяла, что вы непременно на эту стоянку придёте. Ха, так и вышло!
— Офигительно! Как же ты в Глор попал?
— Я с леди Блоод прибыл, — значительно объяснил белобрысый. — Леди это место хорошо помнила. Перебрались точнёхонько. Меня послали как знающего город, море, и вообще, как морского специалиста. Больше некого было посылать. Это она? — рыбак моргнул в сторону Катрин.
— Она, — Квазимодо улыбался во весь свой новый чудесный рот.
— Выглядишь как дурак какой-то, — одобрительно заметил белобрысый. — Зубищ побольше, чем у меня.
Ква пихнул друга под ребра и кивнул в сторону предводительницы. Рыбак смущённо улыбнулся и решился прямо глянуть на высокую молодую женщину.
Жо, наконец, сообразил, что в лице светловолосого парня привлекает внимание. Собственно, не в лице, а во рту, — зубов чересчур многовато. Почти как у Сиге. Зато когда белобрысый не смеётся, — совершенно обычный, непримечательный, паренёк.
Многозубый рыбак посмотрел-посмотрел на Катрин, и вдруг упал на одно колено:
— Счастлив лицезреть благородную леди, властительницу «Двух лап», Медвежьей долины, бродов, Черничной скалы, и всех прилегающих земель…
Текст был явно заучен, но белобрысый оратор порядком напрягался, дабы не споткнутся в мудрёных официальных оборотах в столь торжественный момент.
— Можно попроще, — сказала Катрин, и с заметным трудом воздержалась, чтобы не сплюнуть. — Полагаю, тебя зовут Ныр? Мы наслышаны. Будь любезен, Ныр, — поднимись и доложи, что тут происходит.
— Всё тут хорошо происходит, — белобрысый парень с облегчением поднялся. — Мы вас давно ждём. Ваш зверь, дети и Мышь, — всё в порядке. Леди Флоранс, само собой, тоже прекрасно себя чувствует.
Катрин сглотнула и коротко сказала:
— Веди…
Глор оказался городом большим, не лишённым определённого столичного очарования. Хотя от каналов воняло, да и мостовые, вдоль которых тянулись вымощенные камнем желоба для стока дождевой воды и нечистот, тоже попахивали. На улицах было довольно многолюдно, причём зажиточные горожане щеголяли в весьма шикарных одеждах. Только сосредоточиться на достопримечательностях столицы северного побережья было трудновато. Жо догадывался, что и Катрин сейчас мало на что обращает внимание.
