- Вот и нечего в меня больше вашими манжетами тискать! Доберемся до места, там и посмотрим, кто из нас болен, а кто симулянт.
- На симулянта вы не тянете, - усмехнулся доктор, прилаживая на его предплечье тонометр. – Вы совершенно точно мой пациент, но пациент излишне беспокойный.
- В могиле успокоюсь, - Загоскин скривился, почувствовав, что аппарат слишком сильно сдавливает мышцы накачанным воздухом.
Адель, неожиданно обнаружившаяся совсем рядом, нежно прикоснулась ладошкой к его худому колену:
- Дедушка, все будет хорошо, - произнесла она.
Иван Петрович насупленно глянул на нее и поджал губы.
- Вот, устами младенца, - Сабуров довольно кивнул. – Давление почти в норме. Можем ехать!
Патрисия взяла дочь за руку, оттаскивая от заляпанного грязью «Хаммера».
- Нам сколько еще до лагеря? – спросила она, ни к кому не обращаясь конкретно.
Загоскин и не стал отвечать, хотя знал, сколько. Ответил водитель «Хаммера»:
- Не более семнадцати километров, мадам, и надо забирать к северу.
- Дорога проходима?
- Местность повышается. Думаю, все проедут благополучно.
- Что ж, тогда в путь!
Пат ушла и увела дочь. Буди, потоптавшись, спросил:
- Папа, может, мне с тобой поехать? Одно место в твоей машине есть.
- Не надо. Через пять минут уже приедем.
- Ну, не пять минут, конечно… ты точно помнишь дорогу?
- Такое не забывается. Вон ту приметную скалу слева видишь? Вот за ней будет спуск водопаду. А там уже совсем рукой подать.
20.2
20.2/10.2/3.2
Кирилл Мухин и Лилия Чебышева
Кирилл решил быть любезным и расспросить Лилю о том, как продвигается у нее сбор доказательств готовящегося госпереворота. Аналитика – это серьезно, не всем по плечу, и Лиля не казалась ему серьезным противником. В госпереворот он не верил, попросту не видел предпосылок, но ссорится с Чебышевой не хотел. Он вообще не любил ссор.
Когда их караван добрался до точки, где было решено разбить лагерь, он разыскал девушку-лейтенанта среди группы военных.
- Как дела? – спросил он, делая невинное лицо.
Лиля отнесла его любопытство на счет беспокойства за всеобщее благополучие.
- Мы заняли господствующую высоту, - пояснила она, - эта возвышенность доминирует над единственной дорогой, все подходы отлично просматриваются, а благодаря естественным козырькам и буйной растительности здесь достаточно мест для укрытия с воздуха.
- Не желаешь меня упрекнуть?
- В чем? – Девушка, казалось, искренне удивилась.
- Раз мы не встретили засаду, то моя версия о наемниках «Прозерпины» несостоятельна. Разве ты так не думаешь? Наверное, я зря всех переполошил?
- Не стоит пренебрегать осторожностью, - уклончиво ответила Чебышева. – Конечно, на месте потенциальных противников я бы атаковала колонну на марше, отрезав охрану точечными ударами, и взяла бы заложников. В зажатой скалами узкой долине сделать это куда проще, чем теперь, когда мы выгодно встали лагерем. Но то, что на нас не напали, ни о чем не говорит. У нас нет достаточных разведданных, и мы не знаем, в чем состоят истинные планы противника.
Она всегда была такая правильная, дисциплинированная и сухая, что начинала выбешивать Мухина уже на десятой минуте общения. На сей раз, впрочем, ему пришлось подавлять в себе раздражение уже на третьей.
- Я знаю, в чем их планы. Они ждут, когда мы доберемся до святилища. Мы нужны им внутри, когда разживемся артефактами. Вот тогда они и появятся, чтобы все отобрать.
- Это только выглядит красиво, как в кино, но на самом деле совершенно нелогично. В пещере у них не будет шансов, как и на подступах к ней, - парировала Лилия. - Техничный бой на заросшей реке вести трудно, разве что работать снайперам по нашим лодкам, отстреливая охрану. Однако первый же выстрел заставит остальных перегруппироваться, ведь они имеют дело с профессионалами, а не только с необученным
- Ага! И раз подобного не произошло, то наемники прилетели на Мадагаскар вовсе не по нашу душу, так, по-твоему?
- Ты это сам признал.
- Ладно, цыплят по осени считают, - махнул рукой Кир. – Увидим, кто был прав. Но вообще, я смотрю, майор не разделяет твоего оптимизма.
Они оба оглянулись на командира отряда. Гогадзе выглядел очень собранным. Отдавая приказы, он говорил тихо и властно, то и дело бросая взгляды по сторонам.
