Борецкий впился в него строгим, выворачивающим наизнанку душу взглядом:
- Признайся, есть мысли испортить Элен обедню? Уничтожить Зеркало, например, выкинуть его в океан?
- Ну… - Громов и удивился, и растерялся от такой проницательности, - если начистоту, то да, рассматривал такую возможность. Скажешь, что это плохая идея?
- Отвратительная!
- Я понимаю, что это станет для меня последним, что я сделаю в жизни, но от этих артефактов сплошное зло! Диффузия разрушает мир, это еще Патрисия говорила. Мне лично говорила, в Межгорье, перед отъездом на Новую Надежду. Если мы уничтожим Зеркало, «Прозерпина» вынужденно откатится назад, и диффузия приуменьшится.
Борецкий категорически не одобрил это дело:
- Оставить подобные мысли! Зеркало выбрасывать нельзя.
- А что тогда можно?
- Продолжать сотрудничать.
- Не боишься, что наши игры в «скажи «да» зайдут слишком далеко? Я не пойму, ты всерьез собираешься им потакать? Меня Ильгиз предупреждал, что к нам рвется нечто из чужого мира. Не надо быть семи пядей во лбу, чтобы понять: вторжение состоится через открытый портал. А для создания портала нужно в том числе и Зеркало. Нельзя им позволить собрать Триаду!
- Значит, так, - сказал Тимур, - озвучу главное, а то не дай Бог, прервут. Завтра на «Альбатрос» поднимется Антуан де Трейси. Это сын третьего партнера, основателя «Прозерпины»...
- Это с ним Элен собралась дружить против Доберкура?
- С ним. Не перебивай! Тебя попросят показать что-нибудь эдакое с Зеркалом. Скорей всего, потребуют связаться с де Трейси из параллельного мира. Или с его креатурой Людмилой Москалевой. Слышал о такой?
- Элен упоминала.
- Не артачься, делай, как они говорят. Нам этого события все равно не избежать, разве только ценой твоей смерти.
- Да, собственно, я…
- И думать не смей! – отрезал Тимур. – Рано тебе с жизнью прощаться.
- Тут мне решать! – возмутился Громов. – Это моя жизнь! И если надо…
- Друг мой, - Борецкий примирительно опустил ему руку на плечо, - не сможешь ты артефакт уничтожить! Кинешь за борт – водолазы его в два счета поднимут. Здесь вообще-то неглубоко, и скал подводных полно. Будет статуэтка лежать на одной такой как памятник на пьедестале, – хватай ее и тащи наверх, никаких усилий не потребуется. И толку от твоего идиотского поступка?
- Критикуешь – предлагай!
- Все происходит в свое время и не часом раньше. Наступит и наш черед показать себя, но пока нам следует затаиться и ни в коем разе не нарушать маскировку, понимаешь расклад?
- Не понимаю.
- Объясняю. Во-первых, насчет Зеркала. Де Трейси – умный черт и прибыл на Крозе самолично, чтобы проконтролировать обращение с артефактом и не позволить ему пропасть. Вещи с аурой вообще не исчезают бесследно и тем более в присутствии главного жреца и верховного магистра Ордена Обоих Солнц, так что с этой стороны у нас полный тупик. А во-вторых, о твоих строптивых мыслях де Трейси узнал заранее из параллельных источников. Ты сам сказал, что завтра переломный день, а это означает, что все его события, важные и узловые, отразились в Зеркальном лабиринте. Патрисия говорила тебе, что в нем понятие временной очередности нарушается сплошь и рядом?
- Вроде бы что-то такое...
- Так оно и есть. Всего-то и нужен один человек, спокойно ходящий по мирам, как по комнатам в музее, чтобы предвосхитить любые каверзы.
- Де Трейси способен ходить по лабиринту
- Не он – Адель Долгова, дочь Патрисии. Адель очень и очень необычный ребенок. Она уникальна, и пока никто не знает пределов ее сил.
- Адель… вот оно что! – Громов оперся рукой о фальшборт, потому что устал стоять прямо. – Адель обладает неким даром… А телепаты сообщают обо всем, что становится известно девочке. А девочке в свою очередь передает советы с той стороны человек под личиной Павла Долгова. Теперь у меня пазл сложился. Сложная комбинация, но, должно быть, эффективная.
- Не то слово, – подтвердил Тимур.
- Но разве де Трейси не союзник д'Орсэ? Почему он поддерживает Доберкура, ведь телепаты подчинены ему полностью, или я ошибаюсь?
- Де Трейси сам по себе, и прошу тебя не считать его простаком, - предупредил Тимур. – Этот тип заключает союзы с кем выгодно на данный момент и потом предает своих союзников, если выгода себя исчерпала. Сейчас ему выгодно получить тебя и Зеркало, и мы не будем его разочаровывать. Конечно, де Трейси никогда не поверит тебе на все сто, поскольку знает, что ты не разделяешь моральных установок «Прозерпины». Это Элен думает, что все можно купить за деньги, а ее партнер не столь наивен, но он согласен тебя использовать при полном своем контроле. Если ты хоть словом или намеком дашь ему понять, что стремишься разрушить его планы, тебя никогда не допустят до артефакта. Даже если выживешь после непродуманного демарша, ты все равно станешь им не нужен, и вместе с тобой мы потеряем единственный шанс справиться с дьявольской заразой.
- Откуда тебе известно о его возможностях – Элен проболталась?
- Я просто знаю, друг мой. И слава богу, что я могу тебя об этом предупредить!
