Вернуться в сказку полностью

Да. Это то, что ему нужно. Согласие на сделку. Он может быть спокоен теперь — всё будет совершенно законно. Его не найдут другие демоны, выследив по неправильному магическому контракту. Он может спокойно чувствовать себя и дальше в безопасности. А главное — чувствовать в безопасности то право заключать сделки. Это ведь единственное, что у него ещё осталось от прежней жизни…

— Ты считаешь себя в праве распоряжаться чужими жизнями… — зачем-то говорит Райан. — Считаешь, что жизнь — игра, и человеческая жизнь в этой игре ничего не стоит…

Ему нужно поговорить с ней, пока сделка ещё не скреплена… Он почему-то чувствует странную, иррациональную потребность в этом. Даже не просто глупое желание. Райан просто обязан сделать это. Он совершенно не понимает, что может произойти, если он этого не сделает. Как будто бы что-то страшное. Как будто бы с ним ещё может произойти что-то страшное…

— Считаю… — выдыхает девушка. — Считаю. Разве это не так?

Это именно то, что демон так хотел услышать. Этого достаточно. Он уже готов скрепить их сделку, но она хватает его за руку, отстраняя от себя. Райан смотрит непонимающе. Разве девчонка только что не согласилась на совершение этой сделки? Разве что-то было не то? Или дело было в том, что эта юная мисс совершенно не знала, как скрепляются такие сделки? Нет… Конечно, она не знала… Но, возможно, дело было совсем не в этом…

Ей тоже нужно было что-то ему сказать.

Девчонка смотрит с вызовом, смеётся. Совершенно не боится… Ей бы следовало бояться. Но она почему-то этого не делает. Она болезненно напоминает ему их всех — его потерянных друзей… Она не менее упрямая, чем они. Она достаточно сильна. И почти так же, как Танатос, смеётся…

— Раз уж мне представляется такая возможность… — говорит Мария Фаррел. — Парень, давай сожжём всё дотла! Я же вижу — ты сам жаждешь этого. А меня просто распирает от этого желания!

И девчонка, усмехаясь, отпускает его руку. И он наклоняется к ней, касается её губ. Девчонка смотрит с любопытством… Райан целует её — и все последние сомнения исчезают. Он так мечтал об этом — о том, что это свершится когда-нибудь. Это было единственное, чего он так жаждал… Он целует её, целует крепко, уже стараясь не смотреть в ничего не понимающие чёрные глаза. Он сжимает её плечо очень сильно… И единственное, что он ещё в состоянии запомнить перед тем, как раствориться в воздухе — её взгляд и её тихую усмешку. Победную усмешку. Девчонка проводит рукой по тому месту, где только что стоял демон, и усмехается…

Но теперь Райана это вовсе не беспокоит.

Он — счастлив. Он достиг всего, о чём не мог, не смел даже мечтать. Всё, что он только может сделать — это бессильно переводить дух и благодарить всех, о ком только может вспомнить, за то, что даровали ему этот шанс… Стало быть, миры им уже порядком поднадоели, раз уж они преподносят Райану такую возможность… Мужчина сам не верит в это… Он недостоин того счастья, которое в этот самый миг переполняло его. Но он счастлив. Теперь у Райана есть не только надежда… Комок слёз, таких долгожданных, подступает к его горлу, мешая дышать. Тяжесть того груза вины разбивается на мелкие осколки от переполняющего его чувства радости.

Но старая молитва всё же продолжает звучать у него в голове:

— Танатос, Хелен, Драхомир, Деифилия…

Да будут вспоминать ваши имена в самых страшных легендах… Я до сих пор вижу ваши взгляды…

Йохан, Асбьёрн, Уенделл, Изар, Саргон…

Да будет вам не слишком тяжела та кара, которая на вас легла… Я до сих пор слышу ваши голоса…

Оллин, Калэйр, Лилит, Киар…

Не осуждайте меня слишком сильно… Я осуждаю себя сильнее… Я до сих пор не могу простить себя за то, что сделал с вами…

Безумнейшие…

Драгоценнейшие…

Прекраснейшие…

Простите меня?