Этот день немного отличался ото всех остальных. Казалось бы, обстановка была такой же, окружающие люди не менялись, и ситуация в семье была стабильно напряженной, но все-таки оставалось существенное отличие. Именно в этот день когда-то отец Раифа сбежал в башню.
Руки ужасно болели, а все тело ныло. Не сразу заметив признаки ухудшающегося самочувствия, Раиф продолжал тренироваться на скрытом стадионе без остановки. Он понял, что прошло много времени, лишь тогда, когда солнце начало опускаться, а на улице становиться темнее. Время еще было не самым поздним, но приход темноты говорил о том, что все занятия в академии подходили к концу.
Когда Раиф понял все это, он и опустил свой деревянный меч. Целый день он пытался занять себя чем-то, лишь бы отвлечься от плохих мыслей. Уроки в аудиториях для этого совершенно не подходили. На них он бы еще больше погружался в себя, и потому еще на рассвете вместо первого урока Раиф побежал на старую, уже неиспользуемую тренировочную площадку. Здесь было тихо, спокойно. Все аудитории, в которых проводились занятия, были далеко, и потому шанс появления посторонних был кране низок.
Внезапно Раиф почувствовал жгучую боль. Шикнув из-за нее, он сразу выронил из рук меч. Тот упал на землю прямо возле ног, а мальчик, взглянув на собственные ладони, в ужасе осознал, что они все были покрыты кровью. Мозоли, возникшие во время тренировки, натерлись так глубоко, что все это время из них постоянно сочилась кровь. Частично кровь успела иссохнуть, и на запястьях она смешалась и размазалась вместе с потом так, будто бы Раиф был буквально по локоть в крови. Он не понимал лишь одного: как он мог не заметить, что провел весь день в этом месте?
— Я так и знал, что ты прячешься здесь. — Внезапно прозвучал посторонний голос. Когда Раиф услышал его, то удивленно оглянулся. — Скажи, ты специально тренируешься за спиной у всех, чтобы потом выделиться перед наставником?
Двое мальчишек-одногодок уверенно шли ему навстречу. Они носили ту же форму, что и Раиф, были примерно одного роста с ним, но со стороны все же сильно отличались из-за разницы в чертах лица и цвета кожи.
Раиф чувствовал себя странно. Так, будто бы его действительно застали с поличным на чем-то плохом. Расслабив ладони и опустив их вдоль тела, мальчик повернулся к незваным гостям и четко сказал: — Тренироваться вне урока или нет — это выбор каждого. В этом нет ничего…
— Тренируйся или нет, — внезапно перебил другой, — но ничего у тебя не выйдет. Скоро наставник поймет, насколько ты жалок.
Такая резкость ответа удивляла. Раиф, сначала даже не понявший кто к нему обращался, лишь спустя минуту осознал, что это были те самые одноклассники, которые игнорировали его. Не просто старшие наставники, а те люди, с которыми он учился бок о бок вот уже год. Эта мысль и вызвала на его лице насмешливую улыбку.
Между тем, оба мальчика, недоверчиво посмотрев на него, спросили:
— Почему ты улыбаешься?
— Кажется, — Раиф не смог сдержать смешок, — это первый раз, когда вы со мной разговариваете.
Второй мальчишка не растерялся, и, гордо подняв подбородок, ответил:
— Так вот откуда у меня такое чувство отвращения.
Теперь к Раифу наконец-то вернулись все его чувства. Его руки болели, голова уже кружилась от переутомления, а тело было настолько пропитано кровью и потом, что казалась, всю эту вонючую грязную смесь теперь нужно было сдирать с кожи ножом.
— Послушайте, — устало заговорил Раиф, — что вам нужно?
Такой его ответ явно разозлил обоих мальчиков. Один из них, стоявший ближе всего, строго приказал:
— Перестань вилять хвостом перед наставником, словно уличный пес.
— Вы делаете это только потому, что сами не смогли добиться его расположения?
— Ты не мог его впечатлить! — Грозно закричал второй ребенок. — У тебя нет ничего, чем бы ты мог его удивить. Ты всего лишь неудачник, который год сражался против манекена! Скажи честно, ты использовал деньги ради этого?
Раиф сначала растерялся. Чего-чего, а обвинения в использовании денег он точно не ожидал. Какие деньги в его-то положении? Внезапно осознание глупости этих мальчишек вытеснило из головы все удивление. Раиф, не сдержавшись, захохотал во весь голос, пока его обидчики лишь удивленно хлопали глазами, смотря на него.
— Вы еще помните по какой причине сделали из меня неудачника? — Раиф, резко перестав смеяться, нахмурился. — Откуда у меня деньги на такое?
Мальчишки переглянулись, а затем и сами усмехнулись.
— А здесь ты прав, — отвечал один из них. — Денег ни у тебя, ни у твоей жалкой семьи точно нет.
Упоминание семьи ситуацию лишь усложнило. Раиф, снова позабыл про свои чувства и начал крепко сжимать кровавые ладони в кулаки.
— Не говори об этом, — гневно зашипел он.
— Даже твоя сестра изгой, — продолжал наговаривать мальчишка. — Я слышал, что ее игнорируют все преподаватели, как будто она прокаженная.
— Моя сестра лучше любого неудачника как вы.
