С получением разрешения вышла задержка, поэтому в Винчестер мы в тот день не попали, а отправились в Тор – хэмпширское поместье мистера Нейла Гибсона. Он с нами не поехал, но направил нас к сержанту Ковентри из местной полиции, занимавшемуся расследованием гибели его жены.
Лицо высокого худого сержанта было мертвенно-бледным. Он разговаривал странно – так, словно ему было известно больше, чем собеседнику, но он не осмеливался об этом сказать. Иногда сержант резко понижал голос, переходя на шепот, будто собирался сообщить нечто жизненно важное, но произносил то, что знали все. Не считая этих маленьких странностей, он оказался неплохим, честным парнем и сразу признал, что не особенно продвинулся в своем расследовании и будет рад любой помощи.
– Уж лучше вы, чем Скотленд-Ярд, мистер Холмс, – сказал он. – Если они влезут в дело, так потом в случае успеха загребут себе все лавры, а если не справятся, обвинят во всем меня. Но вы, как я слышал, играете по-честному.
– Буду рад, если мое имя не появится в прессе, – отозвался Холмс, к явному облегчению меланхоличного сержанта. – Если я разберусь в проблеме, то не попрошу упомянуть мое имя.
– Это характеризует вас с самой лучшей стороны. Ваш друг Уотсон, как я слышал, тоже заслуживает полного доверия. Сейчас, мистер Холмс, я провожу вас на место трагедии, но прежде хотел бы задать вам один вопрос. Кроме вас, я не посмел бы задать его ни одной живой душе. – Он огляделся, собираясь с духом. – А вы не думаете, что обвинение может быть выдвинуто против самого мистера Нейла Гибсона?
– Эта мысль приходила мне в голову.
– Вы еще не видели мисс Дунбар – женщину, прекрасную во всех отношениях. Ради нее он мог убрать жену с дороги. Тем более что эти американцы вообще чуть что – хватаются за пистолеты. Кстати, вы знаете, что это был его пистолет?
– Это точно установлено?
– Да, сэр. Он имел пару таких пистолетов.
– Пару? А где сейчас другой пистолет?
– У этого джентльмена целый арсенал огнестрельного оружия. Мы не искали другой пистолет – просто коробка предназначена для пары пистолетов.
– Если пистолетов была пара, наверное, можно найти и второй.
– Мы собрали их все и сложили в одном месте – так что, если хотите, можете взглянуть.
– Возможно, позднее. А сейчас пойдемте на место трагедии.
Разговор проходил возле скромного коттеджа сержанта Ковентри, служившего одновременно и полицейским участком.
Мы прошли примерно с полмили, миновав пустошь, золотисто-бронзовую от выгоревшего папоротника, и оказались у боковой калитки обширного Торского поместья. Мы двинулись по тропинке через фазаньи угодья и вскоре в просвете между деревьями на холме увидели довольно большой особняк. Часть его была выполнена в тюдоровском стиле, часть – в георгианском. Рядом с нами простиралась водная гладь, поросшая тростником; в центре ее пересекал каменный мост, по которому проходила главная дорога графства. На другой стороне озеро распадалось на несколько мелких прудов. Наш проводник указал на землю.
– Здесь лежало тело миссис Гибсон. Я обозначил контуры камнями.
– Тело не перемещали до вашего появления?
– Нет, он сразу послал за мной.
– Кто послал?
– Сам мистер Гибсон. Когда в поместье подняли тревогу и мистер Гибсон вместе со всеми прибежал сюда из дома, он распорядился ничего не трогать до приезда полиции.
– Разумное поведение. В газетах писали, что выстрел был произведен с близкого расстояния.
– Да, сэр, с очень близкого.
– Пуля прошла рядом с правым виском.
– Сразу за ним, сэр.
– Как лежало тело?
– На спине, сэр. Никаких признаков борьбы. Никаких улик. Никакого оружия. В левой руке она сжимала записку от мисс Дунбар.
– Говорите – сжимала?
– Да, сэр, мы с трудом расцепили ей пальцы.
– А вот это уже важно. Это исключает возможность того, что записку вложили в руку жертве после убийства, желая ввести следствие в заблуждение. Бог ты мой! Записка, насколько я помню, была совсем короткой. «Я буду у Торского моста в девять часов. Г. Дунбар». Так?
– Да, сэр.
– И как она это объясняет?
– Она приберегла свое объяснение до заседания выездной сессии суда. До тех пор мисс Дунбар ничего не скажет.
– Проблема представляется мне очень интересной. Согласитесь, что содержание записки весьма неопределенно.
– Как сказать, сэр, – ответил наш спутник. – Возьму на себя смелость заметить, что лично мне записка кажется единственным ясным моментом в этом деле.
Холмс покачал головой.
– Допустим, что записка подлинная и что ее действительно писала мисс Дунбар. Значит, она была написана как минимум за час-два до преступления. Но тогда почему миссис Гибсон сжимала ее в руке? Зачем она взяла ее с собой? Какой смысл обращаться к записке при встрече? Вы не находите это странным?
– Да, сэр, если послушать вас, может, оно и так.
– Мне нужно провести несколько минут в тишине и все обдумать. – Холмс уселся на каменное ограждение моста, и я видел, как его быстрые серые глаза мечут по сторонам пронзительные взгляды. Вдруг он соскочил с парапета, подбежал к противоположной стороне и, выудив из кармана лупу, начал изучать поверхность ограждения.
– Любопытно, – проговорил он.
