Оказалось, Алексей Евсеич находился на курорте, куда они должны были прибыть сегодня вечером после подписания контракта по приглашению Старика. Как он там оказался, Антон Ильич не знал. Может, отмечал что-то, выпил и по ошибке приказал ехать сразу туда, спрашивал себя Антон Ильич? Если и так, почему не приехал оттуда сегодня? До Вильнюса километров сто, не больше. И как теперь ему быть? Снова идти одному? Но для чего? Старик не станет с ним разговаривать, это точно. Просить еще раз перенести переговоры и встретиться в его родном городке? Но он не станет ничего слушать. Нет, пожалуй, лучше отменить сегодняшнюю встречу, чтобы не разозлить Старика окончательно, подумал Антон Ильич. А потом объясниться с Андрисом и через него попытаться уговорить Старика на новую встречу.
Этому плану не суждено было осуществиться. Сколько ни набирал Антон Ильич номер Андриса, тот не отвечал, вероятно, был занят. Поняв, что отменить встречу он не успевает, Антон Ильич, наспех позавтракав, вышел из гостиницы и двинулся по знакомой ледяной дорожке.
Сегодня он чувствовал себя как школьник, не выучивший урок. Оправдываться бесполезно, и гнева учителя ему не избежать. Подходя к переговорной, он увидел за столом Старика со своей обычной свитой и двоих мужчин. Вскоре двое поднялись и, распрощавшись, ушли.
Антон Ильич вошел. Старик глянул на него сузившимися глазами.
– Ну? Начальник твой будет?
– Дело в том, что…
Старик в бешенстве кинул карандаш, который держал в руке, вскочил со стула и пошел к дверям. Его помощница по обыкновению хотела ринуться за ним, но Старик рявкнул на нее, и она осталась стоять посреди комнаты, растерянная и перепуганная.
– Он правда может уволить, – произнес Андрис, обращаясь к ней, и по его голосу непонятно было, пугает он ее или хочет предупредить. – Плохая организация. Это ваша работа, знать, приехал человек на встречу или нет. Отец не должен тратить время напрасно.
Антон Ильич, пользуясь моментом, кинулся к Андрису. Он извинялся, объяснялся, клялся и божился, что Алексей Евсеич не приехал в силу непредвиденных обстоятельств и теперь готов встретиться в любое назначенное время в их родном городке, и умолял Андриса устроить еще одну встречу.
– Наше приглашение, естественно, остается в силе, – отвечал тот. – Поезжайте, отдыхайте. Вас там ждут.
– А контракт?
Литовец только руками развел.
Антон Ильич отчитался перед Алексеем Евсеичем по телефону и услышал в ответ лишь короткое:
– Вечером поговорим.
Около полудня он выписался из гостиницы, сел в такси и через два часа пути по зимней заснеженной дороге оказался в большом гостиничном комплексе из нескольких корпусов, где для него был приготовлен номер. До вечера было еще далеко. Снова Антон Ильич был предоставлен самому себе, снова оставался наедине со своими невеселыми раздумьями, и снова ничто его не радовало. Чтобы как-то отвлечься от своих мыслей, он решил пойти в ресторан, который ему посоветовали в поезде. Узнав, что расстояние до него небольшое, Антон Ильич запахнул пальто потуже, обмотал воротник шарфом, надел перчатки и отправился туда пешком.
Снег звучно скрипел под ногами. Погода была ясная, мягко светило послеобеденное солнце. Вокруг было белым-бело. Здесь стояла настоящая зима с ее звенящим морозным воздухом, огромными сугробами и елями, укрытыми толстыми шапками нетронутого пушистого снега. И хотя термометр на городской площади показывал, как и в столице, минус шестнадцать, казалось, что здесь было намного холоднее.
Антон Ильич без труда нашел ресторан, стоящий отдельным одноэтажным зданием. Никто не встречал его на входе, гардеробной тоже не было видно, и он, как был, прошел внутрь. Народу было много. Интерьер показался Антону Ильичу отнюдь не помпезным. На стенах висело несколько картин итальянской тематики, сообразно названию ресторана, мебель стояла добротная и простая, окна без занавесок украшали цветы в глиняных горшках. Вешалки для верхней одежды располагались тут же, у столов, и были доверху увешаны вещами посетителей. Антон Ильич огляделся, но места себе не нашел. Никто не обращал на него ни малейшего внимания. Тогда он остановил спешащего с тарелками официанта и спросил, сколько придется ждать.
– Не знаю, – ответил он. – Может, десять минут, может час.
Ждать целый час, изумился Антон Ильич? Да и где здесь ждать? Ему даже не предложили присесть. Не стоять же вот так в коридоре. Антон Ильич расстроено вздохнул и пошел к выходу. Придется искать другое место.
– Пожалуйста! Минуточку! Пожалуйста!
Антон Ильич обернулся и увидел, что официант выбежал за ним на улицу и махал ему рукой:
– Сюда! Сюда, пожалуйста!
Он позвал Антона Ильича за собой, через весь зал, мимо людей за столиками, и привел его в другой зал, поменьше. Здесь был накрыт один-единственный стол, во главе которого с ножом и вилкой в руках и белой салфеткой, подвязанной на груди, восседал Старик. Глазами он указал Антону Ильичу на место напротив.
