В душе Валентины светила надежда, в чем она усматривала Божий промысел. В схожем состоянии пребывал и Вадим: тяготившая его проблема разрешилась. Он уверовал в спасительную идею, которая во время общения с Валентиной представилась в конкретном образе действия. Ожидания не обманули. Оригинальный рецепт гарантировал стопроцентное избавление, и не временное, а немедленное и окончательное.
Все оказалось очень просто: через страх победить сам страх. Принцип безошибочный – клин клином вышибают. То, чего он страшился – пасть в глазах Валентины, – стало его решающим орудием. Просто надо вовлечь себя в позорное действо, иначе говоря, осрамиться прилюдно на виду у Валентины. В критической ситуации ему останется либо трусливо убежать, либо душа, исполнившись чувством мести за причиненное Валентине страдание, открыто взглянет на гонительницу, что и явится актом спасения. Страх навсегда покинет его душу. После уже не побоится выложить Валентине всю правду.
Скоро полнолуние. Близок час избавления.
…Они въехали в город. Вадим высадил Валентину возле гостиницы, сам отправился домой.
Вечером Вадим запер кабинет на ключ, спустился вниз. Оказалось, что поторопился: позвонила Валентина и сообщила о вынужденной задержке. Ближе к ночи стал нервничать – наступает его время, а он бездействует. Позвонил в гостиницу, на том конце не ответили. Он зажег свет, включил телевизор, пересел в кресло. Немного спустя услышал скрип калитки. Он встал, вышел из гостиной, открыл ей дверь.
– Привет, – поздоровался, взял ее сумку. – Работы было много?
В ответ она кивнула головой, вид у нее был усталый.
Повод нашелся:
– Валь, иди ложись спать, завтра поговорим. Вижу, ты на пределе сил. И я лягу.
Он положил ее сумку на диван в гостиной, торопливо направился к лестнице.
– Вадим, ну куда понесся? Забыл, где находится спальня? – ей стало смешно.
– Фу ты, черт, извини, не предупредил. Я сплю там, у себя. Понимаешь, тебя не было… Как-то неуютно, понимаешь, одному.
– Но я же приехала.
– Потерпи чуточку. Через два-три дня перенесу матрац.
– Ты спишь на полу?! – ужаснулась пришедшей мысли.
– Валь, прошу, перестань. Сказал же, через два-три дня.
Она в замешательстве смотрела на него:
– Вадим, не понимаю, зачем ждать столько? Две-три минуты нужны, чтобы перенести матрац.
– Правильно – две-три минуты, но через два-три дня. Валь, разве трудно потерпеть, ведь, мелочь?
Он явно не желал подчиниться ее уговорам.
Валентина, следуя совету Даниэля, решила не нагнетать атмосферу:
– Ты прав – мелочь, не велик срок. Но позволь хотя бы глянуть.
– На что? – недовольно спросил.
– На матрац. Вадим, интересно все-таки посмотреть, с узорами он? – шутливо заметила. Ей очень хотелось осмотреть обстановку кабинета: нервные жесты Вадима наводили на смутные, но пугающие догадки.
– Дался тебе этот матрац! Вон, такой же лежит у тебя на кровати. Валь, ну, серьезно, что ты пристала ко мне? Поздно уже, ты устала, ложись спать, и я хочу отдохнуть.
– Наверное, не успел запихнуть кралю в матрац?
– Ошибаешься, успел-таки. Бедняжка задыхается внутри, а ты грех на душу берешь.
Валентина не нашла силы притворяться далее. Смутная тревога возобладала, она в порыве обхватила его руками.
– Вадим, что мне делать? Я ничего не могу понять, – жалобно прошептала ему в грудь.
Встретиться, чтобы вновь расстаться.
Он обратил на себя ее лицо и взволнованно заговорил:
– Валь, не обременяй себя догадками, гони от себя плохие мысли. Ждать осталось немного, дай мне эту возможность. Спустя два дня все станет на свои места, я тебе все объясню. Одно прошу: прими как должное, обещай мне. Обещай, что будешь сильнее меня.
Валентина осознала всю безнадежность попытки: не удержать его.
–А ты обещаешь вернуться ко мне через два дня? – искала ответ в его глазах.
– Клянусь, Валь, не позднее двух дней у нас все изменится к лучшему, верь в это.
Они испытующе смотрели друг на друга. Вадим крепко поцеловал ее в губы, поднялся наверх.
Валентина в спальне села на кровать – не до сна было. Пугало нововведение Вадима. Поставил перед фактом, и все тут. Растерявшись в ворохе мыслей, все-таки пыталась найти рациональное объяснение предпочтению Вадима. Пришлось примириться с мыслью о том, что долгая разлука и вынужденное одиночество способны привести лишь к худшим последствиям. В его состоянии трудно принять перемены в образе жизни. Важно, что сохранились живительные силы – «два дня» тому доказательство.
Что-то послышалось, она насторожилась. До нее донеслись неясные звуки сверху. Валентина обратилась в слух. Звуки прекратились. «Ложится спать», – подумала она.
Звуки возобновились. Снова настала тишина. Когда вновь раздались размеренные шаги, ее пробрала холодная дрожь: «Он ходит по коридору в кромешной тьме». В беспокойстве вскинула взгляд на потолок. Затаила дыхание. Шаги приближались. Вадим прошел над ней, зашел в кабинет. После некоторого затишья он вышел, направился в конец коридора. В воображении Валентина прослеживала один и тот же маршрут Вадима.
