Спустя пару минут трое фавийцев, высокий и плотный офицер и двое худых рядовых двинулись в сторону дома, где укрывались котивы, остальные пошли дальше, оставив машину позади. Чак резко сорвался с места и пулей побежал к Китти с сержантом. Под ногами менялись ступени и спустя мгновения сапоги вновь погрузились в густую, тухлую воду, а в подвале тем временем продолжался спор и Китти уже не сдерживая своих эмоций, крыла водителя отборным матом. Тот даже не успевал вставить более двух слов и лишь периодически ворчал, зная, что не имеет никакого права с ней припираться.
– Оба закройте свои рты! – перекричал их обоих Чак. – Фавийцы здесь.
Китти встала в ступор и в глазах мелькнул страх, лишь спустя пару мгновений она собралась с силами и тихо, почти шёпотом сказала.
– Что нам теперь делать?
– Дай мне свой пистолет, – тут же потребовал Чак.
– У меня он не с собой.
– Тогда ты, сержант! Дай мне свой пистолет, бегом.
– С чего это я должен тебе его давать? Вообще-то я не имею право его передавать кому либо.
– Я тебя сейчас схвачу за воротник и утоплю в этом болоте, а потом отберу у твоего трупа ствол, тупой ты ублюдок! – в глазах Чака сверкнула ярость и ладони сжались в кулаки
– Верн, дай ему свой пистолет, иначе он тебя точно утопит.
Сержант молча вынул десятизарядный КЛ-90 и протянул его чёрной рукояткой в руку Зита. Тот резко выхватил его и перезарядив, спрятал за пояс, после чего потребовал следовать за ним.
По пыльному коридору, в котором воняло гнилью и сыростью, медленно плелись трое фавийцев, впереди шёл рослый офицер с сильными плечами и суровым, но сонным взглядом. Позади него медленно шагали два солдата, худых и похожих друг на друга словно братья, на головах их зеленели кепки с яркими кокардами в виде солнца, которые так любили муринские снайперы. В руках покачивались потёртые автоматы, старой модели с деревянными прикладами и ложем, которые котивы называли барышней, за их частые осечки. Все трое явно хотели быстро досмотреть крайне не интересное помещение, в котором как они полагали нет ничего кроме плесени и грязи. Утомительный марш-бросок, что совершили они за утро, вымотал их и даже медивские аналоги рикетола никак не могли помочь в борьбе со сном, к тому же фавийские таблетки были куда слабее котивских.
За тремя сонными фавийцами наблюдал Чак, он выжидал удачного случая, сидя в тёмном углу какой-то комнатушки, в руках он сжимал рукоять пистолета, от волнения ладони были влажны от пота, по спине пробегал холодок. Напротив него, за дверью, прятался водитель и Китти, от них требовалось не столь ответственное дело, всего лишь собрать у пленных оружие. Только вот у котивов был всего один пистолет, а фавицы несли каждый по автомату. К тому же их никак нельзя было убивать, нужна была информация от врага о том, что твориться в городе и куда они могут бежать, чтоб прорваться к своим.
Чак попытался жестами объяснить своим товарищам, что будет действовать, когда враг пройдёт по узкому коридору мимо них. Он попытается ранить офицера и обезвредить рядовых, но сержант явно демонстрировал, что вовсе не понимает, что тот от него хочет. А Китти лишь хлопала глазами и как не кстати заметил Чак, довольно красивыми глазами. И вот фавийцы приблизились к Чаку и тот замер, положив фалангу пальца на курок. Было слышно, как колотилось его сердце. В дверном проёме мелькнул ствол автомата, широкоплечий офицер заглянул в тёмную комнату и, прищурив глаза, попытался разглядеть, что внутри, но сам того не ожидая, из мрака мелькнула рука и схватив за дуло автомата резко дёрнула на себя. От неожиданности медив полетел за автоматом и тут же его нагнал точный удар рукояткой в затылок и без чувств тот упал на пыльный пол. Солдаты, словно сонные мухи, были не в состоянии среагировать на столь стремительный поворот событий и стали лёгкой добычей. Зит, не мешкая ни секунды, выстрелил из темноты одному лопоухому солдату в ногу и ввёл второго в такой ужас, что тот тут же поднял руки вверх и прокричал, что сдаётся. Всё это произошло за считанные секунды, медивы были разоружены, а Китти с сержантом так и продолжали хлопать глазами, не понимая, что требовалось от них.
Спустя пару минут все трое медивов стояли на коленях с завязанными за спиной руками, пред ними стоял Чак, холодно смотря на их лица. Офицер злобно пускал взоры на Зита, рядовые же дрожали, а раненый солдат, что-то несвязно бубнил. Китти перевязала ему рану и теперь стояла в стороне, наблюдая за происходящим.
– Ну, что ублюдки, церемониться я с вами не собираюсь, у нас с вами крайне мало времени, я задаю вопросы, вы на них отвечаете. Ясно? – окинув взором пленных спросил Чак.
