— Это так, но я бессилен. Парламент взял вопрос на свой контроль. Я, честно говоря, потрясен, даже британцы сняли запрет с продажи станков, — Пьер долил Вадиму вина. — Слушай, у меня есть кое-какие контакты в Испании. Говорят, что там все не слава богу, и они готовы расстаться с парой кораблей за хорошие деньги.
— Чтобы не продали, все будет хуже, чем нужные мне клиперы, — Вадим встал из теплого кресла. — Один корабль потопили, один повредили.
— Починим, — предположил Пьер.
— Если бы. Я обратился к нескольким верфям, везде отказали. Похоже, что мои неприятели и здесь постарались.
— Ты придумаешь, — отмахнулся Пьер и взглянул в окно. Для него компания Вестник — одно из множества прибыльных дел, и только.
— Да, а ты слышал, что наш маленький Анатолий, того?
— Вадим, — Пьер снисходительно улыбнулся, — это до ТЕБЯ новости долго доходят, до меня же рукой подать, — Пьер хотел уже проводить друга, но у него что-то щелкнуло в голове, — говоря об общении, скоро будет большой бал…
— Мы не говорили об общении, — насторожился Вадим.
— Это фигура речи, «говоря о кораблях», «говоря о женщинах», — Пьер не повелся на маневр, — Говоря о бале, ты тоже приглашен, и хозяин не потерпит отказа.
— А хозяин, это кто?
Пьер сделал вид, что рассматривает грязь под ногтями:
— Да так…
Вадим кивнул, подошел к двери и прежде чем выйти из кабинета сказал:
— Пьер, просто признайся, что ты не выносишь счастливых холостяков рядом с собой!
Дверь за Вадимом со скрипом закрылась, а Пьер тихо пробурчал на французском:
— Это, почти неправда. Да и потом, с Анатолием же получилось…
По серому камню мостовой шли тонкие ручейки талого снега и впадали в серую Неву. Вадим шел к торговому дому, переступая слякоть. У парадного входа стоял задумчивый мужчина в сером пальто и цилиндре и не решался зайти.
— Доброго дня, — поздоровался с ним Вадим и встал рядом, — я отлично знаю это заведение и смею заверить, здесь лучшие товары во всем городе.
— Спасибо, господин, но я не в магазин, — ответил незнакомец с сильным акцентом, — раньше здесь жила моя матушка.
— Вы немец? — спросил Вадим по-немецки.
— Верно, позвольте представиться, — незнакомец снял котелок, — помощник Прусского посла Герр Зонен.
— Владелец «Вестника», Вадим Беркутов, — Вадим протянул руку, и пруссак ее пожал, — думаю, что смогу вам помочь, пойдемте.
Консьерж поклонился им и открыл дверь. Внутри помимо торговых залов с оружием, одеждой, товарами домашнего быта на первом этаже, располагались офисные помещения компании на втором. Прошел почти год с того момента, как Вадим выкупил все здание и милый ресторанчик во внутреннем дворе, все квартиры четырехэтажного дома уже переделали под новые помещения, но Максим не успел избавиться от всех вещей. В частности, вещи из квартиры одной бабушки, наследники которой так и не объявились, решили оставить в нетронутом виде, просто перенеся на чердак.
— Ох, прошу прощения за следы кофе, — Вадим помог Зонену подняться на пыльный чердак, где стояла древняя мебель. Рядом с маленьким окошком во внутренний двор поставили хорошую тумбочку, только вот кто-то забыл на ней чашку кофе, и остался след.
— Ничего, я понимаю, — Зоннен с тоской провел рукой по маленькой рамке с фотографией, на которой фотограф поймал во времени милую девушку с малышом на руках, — Мы расстались, когда я был еще маленьким. Она отдала меня в военное училище в Пруссии, а сама уехала играть в Русском театре.
— Мы не смогли найти ее нотариуса и выкупили квартиру у банка, — объяснил Вадим.
— Я вызвал нотариуса из Пруссии, он приедет через несколько недель, — пруссак повернулся к Вадиму, — надеюсь, вы не будете против, если я заберу вещи.
— Конечно, мы ждали, когда объявятся наследники.
— Спасибо, правда, — улыбнулся Зоннен.
— Вам есть где остановиться? — Вадим решил проявить вежливость.
— Да, не стоит беспокойства. Если только…
— Если только?
— Да, я совсем не знаю города, даже квартиру собственной матери искал так долго. Я, кроме людей из посольства, никого и не знаю, — Зоннен покрутил котелок в руках.
— Вы надолго в России?
— О, теперь надолго, кайзер решил расширить посольство.
— Отлично, — откровенно обрадовался Вадим, — тогда, я смею вас пригласить на бал. Его устраивает один мой знакомый, собирается очень и очень приличное общество.
— Буду рад.
Вадим выпроводил гостя, обменявшись визитками, и проводил взглядом уходящий экипаж.
— Вот жук, ностальгия по матери, а фотокарточку не забрал.
Покрутив в руках трубку, Вадим плюнул и пошел на второй этаж. В большом зале для совещаний за длинным столом собрались все приближенные Вадима. На стенах к картам столиц и империи добавилась карта мира с уточненными материками. Вадим повесил черную шубу и сел во главе стола.
