Перспектива провести ночь в теплом сухом помещении у огня, пусть и в окружении незнакомых людей, слегка приподняла настроение Лиары. За последние два дня она несколько пересмотрела свои взгляды на путешествия: хоть дождь и не слишком мешал ей, но от постоянной сырости и холода настроение было не слишком-то хорошим, а растянуться в грезах на земле теперь было проблематично, и ей приходилось делать это сидя, что давало меньше отдыха. Она чувствовала в теле противную тянущую слабость, и постепенно желание поесть горячего и переночевать под крышей стало сильнее, чем страх навлечь беду на невинных людей. Лиара ругала себя за это последними словами, но поделать ничего не могла. Кану Защитница, только об одном прошу тебя: не дай мне стать жесткой и черствой, как Алеор! Сохрани во мне свой свет и не оставь во мраке!
Когда впереди среди деревьев мелькнул приглушенный золотой огонек фонаря, Лиара услышала, как рядом облегченно вздохнула Рада. Она и сама готова была едва ли не плясать от радости: промозглый ветер рвал плащ, она продрогла до костей, да и мрачный лес шумел вокруг, нагоняя уныние. Алеор не сказал ни слова, но коня пришпорил, и уже буквально через четверть часа они вошли в полутемное, пропахшее дымом, людским потом и дешевым элем помещение таверны.
Лиара не любила подобные места: здесь было слишком душно и шумно для нее, а все люди казались какими-то темными, словно весь свет радости вытекал из них в оббитые глиняные кружки с пойлом по мере того, как это самое пойло втекало в них самих. В эти места приходили, чтобы забыться после тяжелого дня, чтобы просадить в кости последние деньги или поглядеть на ноги какой-нибудь танцовщицы, отплясывающей на возвышении в дальнем конце зала. И энергетика стен хранила лишь это: людскую усталость, равнодушие и настойчивое желание острых ощущений.
Она поглубже завернулась в свой мокрый плащ, стараясь скрыться от глаз сидящих в общей зале посетителей, а Рада наоборот отбросила капюшон и тряхнула потемневшими от воды волосами, довольно крякнув:
— Ну наконец-то! Хоть где-то в этом мире еще осталось тепло и сухость!
Зал был наполнен примерно наполовину, но шуму все равно было предостаточно. Стучали по столам кружки, по тарелкам и ковшикам — ложки, гомонили люди, и их голоса превращались в один единый рев, так резко контрастирующий с тишиной шуршащего дождем леса, что Лиара непроизвольно поморщилась, испытывая желание заткнуть уши. Из угла доносилась дрянная музыка: два паренька играли на изрядно расстроенной гитаре и давно прохудившемся барабане. Вот только от двух ревущих каминов тянуло теплом, а из кухни, откуда то и дело выскакивали служанки в белых передниках, сильно пахло горячей свежей едой, и Лиара услышала, как тихонько забурчал ее пустой желудок.
Алеор старался как мог, но та стряпня, которую он мог им предложить в походных условиях, была далеко не лучшего качества. К тому же, они с Радой ели только кашу с мясом, не признавая овощей и кривя носы прочь от ароматных трав, которые могли хоть как-то разнообразить одну и ту же похлебку. И еще — очень сильно перчили еду, отчего у Лиары после еды еще несколько часов рот горел, как печка. Здесь же пахло чем-то наваристым и ароматным, и к запаху мяса явно примешивался тонкий терпкий аромат кинзы.
— Идите к огню, грейтесь, — кивнул головой Алеор. — А я пойду переговорю с хозяином.
Взвесив на плече их седельные сумы, эльф направился прямиком к барной стойке, за которой суетился толстый лысыватый мужчина в белом переднике. Лиара заметила, что когда он проходил мимо столиков, посетители отводили глаза, утыкаясь в свои тарелки и кружки, причем делали это неосознанно.
Она заробела, теребя в пальцах край плаща, и Рада легонько подтолкнула ее, негромко проговорив:
— Пойдем вот туда, искорка. Кажется, там будет хорошо.
И действительно, возле камина оказался один единственный свободный столик как раз на троих и так близко к пламени, что Лиара блаженно вздохнула от наслаждения. Правда вот, на столешнице виднелись тарелки с остатками еды и чья-то кружка, над которой вился ароматный парок.
Рада по-хозяйски отодвинула себе ногой стул и расселась, сообщив:
— Ну, думаю, что со стола просто не успели убрать, а раз так, то чего же пропадать хорошему вину?
Она потянулась к кружке, и тут вдруг из-под стола грозно прорычали:
— А ну кружку поставь, дубина стоеросовая! И зад свой убери к бхаре собачьей с моего стула, а то порежу на мелких эльфинят, и будешь потом их собирать по всей округе!
Рада замерла с кружкой в руках, дикими глазами оглядываясь по сторонам, а Лиаре вдруг стало так смешно, что она прыснула в кулак, несмотря на усталость и неприятное ощущение от забитой людьми таверны.
— Ну, что застыла? — вновь донеслось из-под стола. — Шевелись, кому говорят!
— А вы, собственно, где? — попыталась уточнить Рада, с окончательно сбитым с толку видом озираясь по сторонам, и хохот перехватил горло Лиары.
