— Да, — откашлялся Дариус, потер переносицу. — У тебя вода есть?
— Конечно, сейчас принесу.
Франсуа сходил за водой, подождал, пока отец выпьет, убрал стакан и забрался на постель. Сел рядом, положил руку на его плечо.
— Хватит сидеть, ложись. Я ведь могу и передумать. Неужели ты никому не доверяешь?
— В моем случае это непозволительная роскошь, — ответил Дариус. Взял его лицо в руки, ищуще посмотрел в глаза, провел большими пальцами по уголкам губ, тяжело вздохнул и отпустил. — Ладно. У меня слишком болит спина, чтобы выпендриваться. Да и тебе я нужен живым и здоровым.
— Наконец-то!
Дариус лег лицом вниз, сложил руки вдоль тела и замер. Франсуа сел верхом на его бедра, разлил по нему масло и принялся за дело.
— Ну у тебя и мускулы! — не удержался от ворчания он через пару минут. — Я их даже сжать толком не могу.
— Ты не сын, а сплошное недоразумение, — проворчал Дариус. Глубоко вздохнул и расслабился.
— Ого! Вот это другое дело! — обрадовался Франсуа, начиная разминать рельефные валики. Император довольно застонал.
— Что ты там говорил по поводу торпеды?
— Слишком большая для меня, — рассмеялся Бастард.
— Ох, ну какой же ты еще ребенок, а? Вечно паникуешь не по делу!
— По делу!
— Размер не имеет значения, Эльф.
— Еще как имеет! Для меня два пальца в заднице уже трагедия, а у тебя целая космическая ракета!
— Оуу, — простонал Дариус, явно даваясь от смеха. — Я польщен.
— Это был вовсе не комплимент, — возмутился Франсуа и сильно ущипнул его за стык шеи и спины. Тот застонал от удовольствия.
— Если ты будешь моим, то примешь меня любым. Хоть человеком, хоть демоном.
— И что значит это твое «моим»?
— Ты будешь принадлежать мне. Телом и душой. Я смогу заниматься с тобой сексом, как угодно и сколько вздумается, и ты никогда не почувствуешь боль. Если, конечно, я не захочу причинить тебе ее специально, но самое главное, я буду заниматься сексом с твоей душой. Это не объяснить словами, это можно только почувствовать. Демоны не умеют любить, но ты ведь только наполовину демон, так что в твоем случае это важно. Чем сильнее ты любишь меня, тем больше будет удовольствие.
— Чье?
— Ты любишь меня, я люблю тебя — бесконечно повезло обоим. Ты любишь меня, мне на тебя плевать — не повезло тебе. Я люблю тебя, тебе на меня плевать — не повезло тебе.
— Это еще почему?
— Власть у того, кто сделал привязку. Я поставил печать на твоей шее, напоил своей кровью, заполнил семенем. Ты мой. Навсегда. Я найду тебя, где угодно и верну назад. Ты будешь жить столько же, сколько я. Рядом со мной. В моей постели. Отдавая мне свое тело и душу. Оставаясь таким же прекрасным, как сейчас, вечность.
— Вот это круто, — Франсуа даже перестал разминать спину Императора. Тот недовольно заворчал. — Прости, увлекся твоей историей. А такое все взрослые демоны делать могут?
— Нет, конечно! Только я и Великие Герцоги. То, что я тебе сейчас рассказал, это страшная тайна.
— Буду нем, как могила, — пообещал Франсуа и задумался. Кое-что все равно оставалось непонятным, и он решил прикинуть тайную церемонию на себя. — Чтобы размер перестал иметь значение, ты должен укусить меня. С этим все понятно. Потом напоить кровью. Из кружки я ее пить не буду. Меня вывернет наверняка, точно говорю, я же не вампир! Ну, допустим, я прокусил тебе язык, мы целуемся, я возбужден и не замечаю, что пью кровь. Ладно, это еще куда ни шло. Но вот насчет семени! Ты же порвешь меня своей торпедой в клочья, и мне будет плевать на вечную жизнь, потому что я просто умру.
— Прекрати выдумывать всякую ерунду, — придушенно рассмеялся Дариус. Франсуа запустил руку в его волосы и легонько постучал головой о постель. — Я понял, понял, прости. Да, я войду в тебя и порву. Но не на клочки – это раз, и ненадолго – это два. Семя демона внутри любого существа заращивает все за секунду, ты же это прекрасно знаешь. Как только я кончу, все зарастет, и боли не будет.
— Все равно звучит ужасно. Слава всем богам, что это удовольствие грозит только твоим избранным любовникам, — проворчал Франсуа, массируя Императору голову.
Тот промолчал, и на время в спальне воцарилась полная и какая-то звенящая тишина. Франсуа закончил массаж, проверил все точки от шеи и до бедер и похлопал притихшего Дариуса по позвоночнику между лопаток.
— Вот и все. Сеанс окончен. Очень познавательно.
— Эльф, а Эльф? — позвал Император, не поднимая головы от постели.
— Да?
— Ты только не паникуй, ладно?
— Говори уже.
— Мы тут обсуждали очень щекотливую тему от моего лица, а твои руки такие нежные, что моя торпеда… она, в общем, пришла в боевую готовность.
— И что? — мгновенно напрягся Франсуа.
Отец отцом, но Императору 50 тысяч лет, и для него что сын, что не сын. По большому счету они все его дети. За столько лет он перебрал всех, кого только можно. К тому же, демоны в принципе не заморачивались подобными вопросами. Когда живешь так долго, как они, родство перестает иметь хоть какое-то значение.
— Перестань истерить, — возмутился Дариус. — Нужен ты мне, ребенок! Закон и меня касается! Просто доведи дело до конца.
— Это как? — еще больше испугался Франсуа.
