— Ты свихнулся, — ответил Франсуа самым порочным голосом, на который только был способен. — Ты триста лет трахался со своими братьями, а потом еще и со мной. Будь ты нормальным, вряд ли бы вы трое залезли в мою постель одновременно!
— Какой же ты все-таки развратный и бессердечный сукин сын! — возмутилась Энджи, мгновенно переставая успокаивать Франсуа и возмущенно поднимая голову от его груди, но Прайм благодарно поцеловал его в ухо и ласково выдохнул в шею:
— За это мы его и любим, ангел.
Энджи промолчала, на этом разговор закончился, но проблема не исчезла, и что с ней делать, было совершенно непонятно. Франсуа прикрыл глаза, позволяя разгуляться фантазии. Эх, если бы Прайм и Энджи занялись любовью! Он насладился бы видом и присоединился к ним чуть позже. Столько вариантов. Столько удовольствия! Они с Энджи заставили бы солнышко сиять еще ярче и жить на небесах постоянно.
Ласковые губы прогулялись по уху Франсуа и мгновенно привели его в состояние полной боевой готовности.
— О чем ты сейчас думал, мой повелитель? — рука Прайма запуталась в его волосах, заставляя открывать глаза. — У тебя такой загадочный и счастливый вид.
— О тебе, — честно ответил Франсуа. — Я думал, что месяц, проведённый с тобой в постели, остудит мое желание, но оно только растет.
— Так это же хорошо!
— Не очень. Я люблю и хочу тебя еще больше, чем раньше, и скоро стану таким же озабоченным тобой маньяком, как и твои сумасшедшие братья.
— Я буду только рад, — рассмеялся Прайм, темнея глазами и кладя руку на пряжку его ремня. Франсуа громко выдохнул и откинул голову на кресло. — Тебя мне всегда мало.
— Нам пора уходить, солнышко, — попытался взять себя в руки демон, но в них попался только Прайм, сладкие губы которого мгновенно свели все его усилия на нет.
— Мы просто подождем Энджи, вот и все.
— Вряд ли я сейчас смогу просто подождать, — отозвался демон, стягивая с него джинсы.
Прайм остановил его на середине. Расстегнул ширинку на его брюках, выпуская средневековый кол на волю. Провел по нему ладонью, вызывая довольный стон, развернулся и аккуратно уселся на стальные бедра, забирая его в плен. Удобно устроился спиной на груди демона, почувствовал обжигающий язык на шее, ухе, щеке и чуткие пальцы на своем члене. Поставил колени на сиденье и довел обоих до оргазма за пару минут.
— Это кресло — моя мечта, а ты — мой кумир, — довольный голос и теплое неровное дыхание Франсуа заставили Прайма рассмеяться.
— Серьезно?
— Да. Мы уложились в рекордное время и даже не порвали одежду!
— То ли еще будет. Я так долго мечтал о тебе, что способов доставить нам с тобой удовольствие напридумывал без счету. Тебе понравится, — пообещал оборотень, наслаждаясь гуляющими по своему телу руками. — Я до сих пор не могу привыкнуть к тому, что могу прикасаться к тебе в любое время, как захочу и где захочу. Будь моя воля, я бы вообще тебя из постели не выпускал.
— Значит, не я один такой сумасшедший, — тихо выдохнул на ухо Прайму демон, запуская руки под его рубашку. — С каждым днем ты сияешь все ярче, и я даже представить себе не могу, каким ты будешь, когда окончательно станешь самим собой.
— До тебя мне все равно не дотянуться, — выгнулся на снова выросшем члене демона Прайм.
— Я в этом не уверен, — прикусил его шею Франсуа, заставляя двигаться быстрее и резче, доводя обоих до экстаза и тут же возвращая обратно. — Нам пора, любимый. Охотники не станут ждать, когда мы оторвемся друг от друга.
— Я тоже, — сказала Энджи, практически влетая в номер. — Я видела Тита, господа.
Это имя мигом привело обоих в порядок, а ангел смогла выдохнуть. Возбужденный и счастливый до безобразия Прайм одним своим видом погружал ее в мир чувств и желаний так глубоко, как не мог даже Франсуа. Страсть и любовь сочились из каждой клеточки его возмутительно красивого тела и заставляли нервничать. Слава Богам, демон не давал ей умереть от неудовлетворенного желания, унося ее душу к звездам и оставляя тело содрогаться в экстазе. Только промучившись целый месяц Энджи хотя бы отдаленно смогла представить то, что чувствовал к Прайму Франсуа. Да, они могли прикасаться друг к другу душами, и это было мечтой, но земная страсть и яростный огонь оборотня были не менее прекрасны. Как и он сам, и это сводило Энджи с ума.
Первая планета Десятого круга
