Еще один обжигающий глоток окончательно прояснил сознание. Охотники. Вот о ком ему следовало подумать. А еще об Императоре. Франсуа потер пальцами переносицу, заставляя себя смотреть на мир открытыми глазами. Он скучал без него. Пятьсот лет рядом с Дариусом были лучшими в его жизни, пока не появился Прайм. Если бы существовала хоть малейшая возможность продолжать общаться с ним так, как раньше, он бы воспользовался ею, не задумываясь ни на минуту. Франсуа простил его за жестокие и кровавые попытки оставить одного и вернуть домой, потому что если бы дело коснулось Прайма, он бы сделал то же самое. Ради его любви демон замучил и уничтожил бы кого угодно и что угодно. Просто Франсуа повезло, и солнышко полюбил его всей душой вопреки всему, а Дариус остался с разбитым сердцем.
Как узнать, что творится в душе бессмертного Императора? Две тысячи лет — долгий срок по любым меркам. Зачем он хочет вернуть его? Еще полгода назад Франсуа ответил бы на свой вопрос однозначно: чтобы жестоко насиловать его душу и тело вечность, но с тех пор, как Прайм и Энджи нашли его, демон уже ни в чем не был уверен. Они втроем успешно скрывались от Охотников больше года, и это наводило на определенные размышления. Франсуа знал отца очень хорошо и всей своей сказочной задницей чувствовал, что Дариус замер в раздумьях. Его кровь жила в теле демона не просто так.
О чем он думает? Что с ним происходит? Охотники наверняка доложили ему о том, что теперь Эльфийский принц бегает по мирам не один, и Император сделал правильные выводы. А значит, в скором времени их забег закончится. Так или иначе. Либо Дариус смирится и отпустит его, либо примется за поиски лично, найдет очень быстро и лишит всего. Впрочем, как только Император убьет Прайма, Франсуа умрет, как бы ни старался его спасти Дариус. Время игр кончилось. Демон тяжело вздохнул. Первый вариант был фантастикой, а чтобы говорить с отцом на равных, они все трое должны стать неуловимыми и недостижимыми для него.
Франсуа вспомнил, как они занимались любовью втроем. Небо, Солнце и Ветер. Как в той древней грустной легенде, что бродила по мирам с начала времен. Может, в ней есть зерно истины? Он был бы не прочь действительно стать Ветром. Это занятие как раз для него! Вольно носиться по свету, раздувая паруса, даря надежду, сметая пыль и забираясь под юбки. Прайм бы сиял и согревал собой не только его и Энджи, но и весь мир, ведь это у него получалось лучше всего, а Энджи заставляла бы всех гораздо чаще поднимать глаза к небу, сбрасывать с себя оковы обыденности и мечтать о вечном. Дариус ничего не смог бы с ними поделать, а Франсуа залетал бы к нему в гости поболтать и рассказать последние сплетни, как всегда сбегая в самый последний момент. Идеальный вариант.
Императорская библиотека манила демона все больше. Если и есть какой-то выход из того тупика, в который его загнал Император, то найти его можно было только там. Франсуа поежился от ужаса и предвкушения. Как всегда перед началом очередной коварной интриги. Пора браться за спасение их жизней всерьез. Он посидел еще с час, обдумывая варианты, ответные действия Дариуса и контрмеры. Выпил литр крепкого кофе и свел с ума официантку. Так, ради спортивного интереса и вредности. Прайм и Энджи занимаются любовью без него уже четвертые сутки, а он мучайся? Франсуа прижал девицу к стене в закутке возле черного входа, намереваясь отыметь ее как следует, но понял, что несмотря на мощный запах желания, исходящий от жертвы, всегда будивший в демоне страсть и похоть, ничто не дрогнуло в нем ни на секунду: ни в душе, ни в мыслях, ни в теле. Ему было плевать на эту откровенно ждущую его женщину. Это было неожиданно и очень странно.
Франсуа был специалистом по сексу с теми, кто был ему совершенно безразличен, а потому взял себя в руки и попробовал еще раз. Он же развратный сукин сын и похотливый демон, черт возьми, а то, что он спал только с любимыми уже больше года, ничего не меняло! Мало ли, с кем ему придется переспать или на что пойти, чтобы спасти жизнь Прайму? Но даже эта мысль не спасла его от полного поражения, которое он ловко замаскировал, заставив девицу кончить руками и поцелуями. В растерянности вышел на улицу и твердо решил, что сегодня ночью обязательно отымеет первого же приглянувшегося мужика, раз с женщинами ему не повезло.
Солнце сверкнуло последним лучом и скрылось за горизонтом. Ну что же. Пришло время развлечений! Демон взметнулся ввысь искрящимся вихрем и втянул в себя городской воздух. О да. Вон тот клуб, с очередью на вход в пол квартала и бьющим в нос запахом похоти, вполне подойдет.
…
— Любимая, самая лучшая на свете! Если бы не мое бессилие, я бы занимался с тобой любовью целую вечность без перерывов на обед и ужин.
