Прайм был вынужден покинуть спальню демона уже утром. Он бы не покидал ее никогда, но у него были ревнивые братья, обязанности перед кланом и целый ворох дел, которые никто не сделает за него. Как и у Аластера, о котором за столько лет знакомства он узнал все и ничего. Все о том, как доставить ему удовольствие, и ничего о том, кем он был, чего хотел и почему столько лет провел с ними на задворках Вселенной. Демон был чужд этому миру, но тем не менее до сих пор его не покинул. Первые несколько десятков лет Прайм жил в постоянном страхе, что он уйдет и даже не обнимет на прощание, но однажды Аластер заметил это, поймал одного, выбил из него правду и признание в любви, впервые назвал солнышком, навсегда забирая его душу себе, и позволил чуть больше, чем остальным. Это вселило в сердце оборотня надежду.
Один из младших членов клана попался Прайму навстречу, неся в руках прикрытый салфеткой поднос, и сначала он даже не понял, для кого предназначен этот обед. А когда понял, то забрал и пошел знакомиться с ангелом лично. Он же первый в клане, не так ли? Дверь в покои, в которых разместили новую игрушку демона, была не заперта, и оборотень просто толкнул ее ногой. Девушка валялась на кровати, раскинув руки и ноги в стороны, как морская звезда, и с первого взгляда внесла хаос в его мысли и душу. Он так и знал, что она станет проблемой, и окончательно признал тот факт, что с наказанием для братьев демон нисколько не погорячился. Они бы нашли способ убить ее, несмотря на все приказы Аластера. Прайм поставил поднос на столик и подошел к ней поближе.
Энджи лежала на кровати и не собиралась двигаться даже тогда, когда в комнату без стука вломился один из тех оборотней, что хотели растерзать ее тогда на дороге. Он поставил поднос на столик и подошел поближе, беззастенчиво разглядывая ее нагое тело. Она бы с удовольствием оделась, но клочки на полу ничем не могли ей помочь, а выходить из комнаты ей запретили. Ангел открыла глаза и принялась рассматривать оборотня в ответ. Он был почти так же красив, как демон, но был как будто второй стороной одной и той же монеты. Золотоволосый, стройный, сильный и элегантный. Безупречный, как греческая статуя, и, вынуждена была признать Энджи, до безобразия похожий на вампира гордым и неприступным видом. Пристальный и презрительный взгляд прогулялся по ее телу и столкнулся с насмешливыми голубыми глазами.
— Осмотрел? Нравится?
— Неплохо, — пожал плечами Прайм, скрывая непонятное смятение. — Но я предпочитаю мужчин.
— Вот и отлично, — так искренне обрадовалась девушка, что он даже поморщился.
Села на постели, скрестив ноги, и он смог во всех подробностях рассмотреть то, что женщины обычно тщательно скрывают. Это было… Впервые в жизни ему понравилось то, что он увидел. Прайм перевел взгляд на классически правильное лицо. Самый настоящий ангел.
— Почему ты меня совсем не стесняешься?
— Я такая же женщина, как ты – человек, оборотень, и сменила за свою долгую жизнь столько тел, что перестала их считать.
— Но это тело ты наверняка запомнишь, — не смог сдержать улыбку Прайм. Она помрачнела.
— Да. Твой демон постарался на славу вчера утром. Слава Богу, я Иная, и на мне все заживает гораздо быстрее.
- Тебе повезло.
- Скажи, в этом доме все мужчины равнодушны к женщинам?
— Нет. Оборотни слишком страстные создания и готовы любить всех, кто подвернется им под руку, но в нашем клане большинство предпочитает мужчин. В любом случае, в твоих интересах быть как можно незаметнее.
— Ты говоришь так, будто имеешь право командовать.
— Меня зовут Прайм. Я один из главных здесь, и мне не нужны неприятности.
— Энджи, — сказала девушка, сползая с кровати и протягивая ему руку. Он пожал ее и тут же отошел подальше. Она пахла так… вкусно! — Раз я какое-то время проведу здесь, то мне нужна одежда, личные вещи и тому подобное. Кто займется этим?
— Я, — ответил голос от двери.
Они повернули головы, следя за входящим в комнату Аластером. Как всегда прекрасным, порочным и вызывающим желание немедленно отдаться его шаловливым рукам. И не только рукам.
