Они с трудом добрались до кровати, где Прайм прижал к себе спиной человеческое тело любимого, почувствовал ласковые поцелуи на костяшках руки, оставил засос на его шее и услышал такой щемящий вдох счастья, что чуть не разревелся снова. Демон прижал его руку к своей груди, свернулся вокруг нее, завернулся в Прайма и уснул, а оборотень еще долго лежал в темноте и слушал дождь за окном, гуляя освобожденной ладонью по стальным мышцам безмятежно сопящего во сне Франсуа. Радовался жизни, любимому в своих руках и уснувшей с другой стороны демона Энджи.
…
— Прайм. Представляешь, я видел во сне Энджи, — ранним утром, не открывая глаза и с трудом просыпаясь, сказал Франсуа.
Почувствовал ласковые поцелуи оборотня на шее, выросший бугор под своими ягодицами, гуляющую по груди и животу руку и поежился в предвкушении. Теперь он мог получать громадное удовольствие, не прилагая к этому никаких усилий. Тяжелое дыхание и громкие стоны не в счет.
— Я соскучился по ней.
— Я знал, что так будет. Говорил, что ты к ней неровно дышишь вовсе не потому, что хочешь заниматься сексом с ангелом, но она не верила, — отозвался Прайм и принялся терзать его острое ухо губами.
— Да Энджи, наверное, все равно.
Франсуа довольно вздохнул, загораясь от гуляющего по шейным позвонкам языка оборотня огнем, разлепил веки… и напоролся на веселые голубые глаза ангела напротив.
— Нет. Мне очень даже не все равно! — сказала Энджи и впилась в него чудовищным поцелуем, снося голову напрочь. Он зарычал, услышал счастливый смех Прайма за своей спиной и слетел с катушек.
Тонкие руки, сводящие с ума легкостью. Хрупкие наивные ключицы, требующие осторожности, мягкие холмы, в которых можно заблудиться лицом и руками и никогда не вернуться обратно, зовут за собой. Чуть выступающие ребра под матовой кожей заставляют чувствовать себя могучим и непобедимым, а впалый живот и маленькая полянка светлых волос отвлекают от главного: мира, который живет внутри и открывается только избранным. Он загадочен и глубок, окутан таинственными ароматами и влажными горячими туманами. Оттуда невозможно выбраться, не отдав всего себя в качестве выкупа, не пролившись дождем на обволакивающие лепестки неведомого растения, окружающего чужака своими мягкими, крепкими и пульсирующими листьями так плотно и жарко, что устоять под их напором невозможно. Но, если очень постараться, то можно получить гораздо больше и погрузиться в потоки кипящей лавы, которые захватывают землетрясением и уносят за собой в рай.
Там демон и оказался, следуя за прекрасной душой ангела, в безнадежной попытке сделать ее своей. Сколько времени он целовал, ласкал и любил Энджи, Франсуа так и не понял. Оторвался он от нее, только когда почувствовал настойчивые пальцы в своей сказочной заднице. Прислушался к себе. Ощутил свой снова оживающий средневековый кол в лежащей под собой обессиленной и счастливо-растерзанной Энджи… И подложил под бедра ангела подушку, поднимая ягодицы выше. Услышал довольный полусмех-полурык Прайма, получил поцелуй в шею и горячего хозяина в зад, задавшего ритм всем троим. Франсуа честно старался контролировать себя, но два любимых существа оплели его так сладко, что надолго его не хватило.
Он успел отправить Энджи на небо, взлетая следом за ней, снова целуя ее бездонную, тянущуюся к его душу своей и искренне жалея, что с ними нет Прайма. Ну да ничего. Однажды они соберутся здесь все вместе. Демон услышал долгий стон любимого, который напомнил ему о том, что он давно сидит на диете, и пора бы ему отведать сладенького. Вернулся с небес на землю, успел сдернуть с себя растерявшегося Прайма и обрушился на его член изголодавшимся ртом, через пару секунд выпивая досуха. Сладко, вкусно, но мало. И вдруг понял, что не услышал такого необходимого ему шепота. Вскинул голову и посмотрел Прайму в лицо.
— Очень неплохо, — сказал тот.
Похабно ухмыльнулся, снисходительно растрепал демону волосы, вывернулся из его рук и блаженно разлегся на постели на животе, широко раскинув ноги и руки в стороны.
— Что? — опешил Франсуа. — Ты перепутал реплики!
— Ни в коем случае. Но если тебе мало, могу добавить: ты очень хороший мальчик. Опытный. Молодец. Возьми с полки пирожок в награду, — промурчал оборотень, не отрывая головы от постели, чем привел демона в растерянную ярость.
— Я сейчас возьму кое-что с особой жестокостью, и это будет вовсе не пирожок! — зарычал он, вздернул Прайма на колени и начал учить его вежливости своим средневековым колом. Через пару движений услышал смех, сменившийся довольным стоном, и понял, что его провели.
