— Конечно. Я пока за второй бутылкой шампанского схожу.
Катя с опаской нажала кнопку «ответить». Номер абонента был ей незнаком.
— Алло, — так же неуверенно она и ответила.
— Катя? Привет, это Андрей. Я не слишком поздно?
— Андрей?! — Катино сердце стартануло с места в карьер, сразу перейдя на бешеные обороты.
— Не разбудил?
— Нет-нет, — Катя оглянулась в сторону дома, куда ушёл Глеб, и пошла вниз к морю.
— Я не мог ничего сказать при Стефании. И вышло неловко, что мы так поспешно уехали, — у Кати волосы на руках вставали дыбом от его голоса. Тихого, спокойного, мягкого.
— Ничего, — отмахнулась Катя.
— Отец позвонил, что мать в больнице. Прости, я торопился. И даже не мог объяснить, почему.
— Ничего, — заладила она, как попугай, но уже вылетело, куда деваться. — Я всё понимаю. Как она?
— В порядке. Просто все переволновались. У неё давление всегда было низкое. Но чтобы так — никогда. Она упала, ударилась головой, долго пролежала без сознания. Мы ещё в больнице, она пришла в себя. Врачи сказали, ничего страшного. Но пока подержат её. Отец настоял на дополнительных обследованиях. И Стефания, наверное, останется с ним.
— А ты? — Катя присела на деревянный лежак, опережая Андрея своим вопросом.
— Я поэтому и звоню. Я, — он замялся. — Просто я уже сказал на работе, что меня дня два не будет. А здесь я им не нужен. Ты завтра сильно занята?
— У тебя есть предложения? — улыбнулась Катя и откинулась на спинку, вытянув ноги.
— Есть. Я бы хотел провести эти дни с тобой.
— Со мной? — она закрыла глаза, тихо млея от радости. Нет, всё же он к ней неравнодушен.
— С тобой, — серьёзно прозвучал его ответ. — Покажу тебе город. Покатаю по окрестностям. У нас столько красивых мест. Жалко, если ты уедешь, так ничего и не увидев.
— Звучит заманчиво.
— Значит, ты не против? — а вот теперь Андрей улыбнулся.
— Не против. Только опасаюсь, что мне понравится.
— Тогда у тебя будет повод задержаться подольше. Или вернуться сюда снова.
— Отличный повод задержаться.
«Или остаться навсегда», — прострелила её шальная мысль. Как пуля. Навылет.
Катя даже подскочила на жёстком лежаке и, спустив ноги, уставилась на тёмные узкие доски. Эта мысль показалась такой привлекательной. Ведь что-то задержало здесь отца. Навсегда. Может, такое же неожиданное знакомство или неясное, необъяснимое желание остаться. Может, это у них общее? И именно ради этого она приехала и пыталась узнать, понять, разгадать эту загадку. Но так и не приблизилась к ответу ни на шаг. Всё только решала всякие наследственные вопросы.
И, кстати, о них.
— Только боюсь, завтра я буду весь день занята, — вздохнула Катя и, увидев торчащую из шва полотенца нитку, попыталась её оторвать. — Должны приехать из БТИ, ещё и межевание, и тоже на завтра.
— Тогда…
— Нет-нет, — перебила Катя, как всегда поспешно, даже не дослушав, что Андрей хотел сказать, и тут же бросила своё занятие по распусканию шва. — Ты всё равно приезжай.
— Я хотел сказать, что тогда я всё равно приеду, — улыбнулся Андрей. И Катя невольно улыбнулась в ответ. — А там решим.
— Хорошо. Я буду ждать.
— Тогда… — он намеренно сделал паузу, словно ждал, что Катя снова перебьёт. И явно всё ещё улыбался, когда продолжил: — До завтра.
— Да, — ответила Катя в тон ему, переходя почти на шёпот. — До завтра.
Андрей отключился первый. Катя подняла глаза и увидела Глеба, стоящего на лестнице с бокалом шампанского. Трудно сказать, долго ли он там простоял и много ли слышал. По крайней мере, по его невозмутимому лицу понять это было невозможно.
Катя поднялась, запахивая поплотнее полотенце, и чувство вины, противное, гаденькое, вынудило её натянуто улыбнуться. Катя презирала себя за эту улыбку.
— У меня по программе ещё торт, — сказал Глеб как ни в чём не бывало, хотя что-то едва уловимое в нём всё же изменилось: чуть дрогнувший уголок рта, жёсткость взгляда, изгиб бровей.
— Его ты тоже сделал сам? — Катя замерла, не дойдя до Глеба пару ступеней.
— Ты обо мне слишком хорошего мнения, — подал ей руку Глеб. — Но с шампанским, надеюсь, тоже будет вкусно. Или чай?
— Ладно, сойдёт и шампанское, — великодушно согласилась она. На что Глеб, оценив иронию, лишь качнул головой.
На улице похолодало. Но Катя заметила это, только поднявшись по лестнице. Наверное, там нагретое за день море отдавало своё тепло. А здесь, наверху, к тому же поднялся ветер. Плюс сырое полотенце съедало драгоценные градусы.
— Держи, — Глеб накинул ей на плечи тонкий плед раньше, чем она успела пожаловаться. И прежде, чем дошла до стола, зажёг электрический камин перед большим полукруглым диваном.
Она уютно расположилась на мягких подушках.
— У тебя очень красивый дом, — смотрела Катя на мерцающий в круглом очаге огонь. В тонком пледе с леопардовым окрасом на голое тело девушка чувствовала себя в настоящей шкуре у настоящего костра.
— Мне тоже нравится, — поставил перед ней Глеб кусок торта с воздушным безе. Под тяжестью мужского тела подушки прогнулись, и Катя непроизвольно склонилась к нему.
Глеб недолго думал, будет ли ей так удобно. Просто придвинул её к себе и позволил опереться на своё плечо.
